Нет, более того: весь мир открыто насмехался надо мной, все, кто был в приподнятом настроении от наступившей весны. Во всяком случае, мне так казалось.

Я не общался с людьми уже почти целый год.

Мне казалось, что, продолжай я в том же духе, я разучусь говорить по–японски. Я чувствовал, что удаляюсь всё дальше и дальше от возможности вернуться в общество. Это было бы плохо, хуже некуда. Если я не сбегу из моей жизни хикикомори в ближайшее время, всё общество, весь мир покинет меня навечно.

Для начала, мне было необходимо обеспечить свою самостоятельность. Я знал, что должен был найти работу. Я на днях даже купил в круглосуточном магазине журнал с объявлениями о вакансиях. Однако, после его прочтения, мне это показалось практически невозможным.

В наше время, когда вообще достаточно трудно найти работу, никогда, никакая компания не станет охотно нанимать такого бесполезного человека, как я.

Однако, в конце концов, каждый человек, не важно, кто он, когда–то должен начать работать. Это факт.

Я не могу вечно сидеть на шее у моих родителей.

Да, недалёк был тот момент, когда терпение моих родителей лопнет. Он мог настать уже через пару месяцев.

Прежде чем мои родители прекратили бы давать мне деньги, я должен был изменить свою паразитическую сущность и сбежать от этой гнилой жизни хикикомори.

Я должен был уничтожить N.H.K..

Получится ли у меня? Смогу ли я сделать что–то настолько безрассудное?

Мир за пределами моей квартиры был полон опасностей. Машины мчались на пугающих скоростях, кедровая пыльца плыла по ветру, а иногда по улицам бродили убийцы. Смогу ли я войти в этот опасный мир? Выдержу ли я это?

Я и вправду очень нервничал по этому поводу.

На самом же деле, это было невозможно.

Такой неудачник, как я, никогда не смог бы вести нормальную жизнь в обществе. Она была бы невозможна для того, кто вчера, впервые за долгое время, проснулся, как все нормальные люди, в семь часов утра только для того, чтобы пролежать в постели, потерявшись в собственных мыслях, до второй половины дня. Да, достойная жизнь в нормальном обществе была бы невозможна для того, кто после этого решил ещё немного вздремнуть и проспал весь день и всю ночь до пяти часов сегодняшнего утра.

Нормальная жизнь в обществе была бы невозможна для меня, безуспешно пытавшегося применить фрейдистский анализ ко сну, приснившемуся прошлой ночью. В моем сне я занимался непристойностями в маленькой комнате со старшеклассницей, и мой анализ указал только на подсознательное желание заниматься непристойностями в маленькой комнате со старшеклассницей. Заключение: «Что же из этого является анализом твоего сна? Ты просто повторяешь одно и то же!»

Невозможна для меня, который решил позавтракать и, открыв холодильник, осознал, что в нем нет вообще ничего.