Каким бы не стало самосовершенствование, я должен добраться до вершины и заполучить бессмертие. Остальное лишь мелочи, которые всегда можно преодолеть.

Поглощённый в материальном мире жёлудь в духовном оказался в его ладони. Так что юноша сунул его в печь и языки пламени, словно нежные руки, подхватили семя дуба, принявшись вертеть в своих объятиях. Стоило сконцентрироваться, как скорлупа начала трескаться, а стены чертогов обратились вереницей дверей.

Вот теперь у Мирослава захватило дух. Он чувствовал, как подаренная сила начинает медленно наполнять его, маня безграничным потенциалом. За годы прошлой жизни он успел глубоко изучить пути самосовершенствования. Методы развития тела, управления живой, разнообразные техники. Пусть сейчас он сможет воплотить лишь что-то одно, но это будет нечто много большее, чем доступно большинству современников. Потерянные после Навьего Марша знания отбросили их далеко назад. Но вот у него таких ограничений нет.

Мирослав улыбнулся. Наконец-то всё начинает вставать в нужную колею. Он потянулся разумом к сильнейшему умению, которое способно было воплотиться в его первом хвосте. Но тут же воздух расколол громогласный голос.

— Мир отвергает тебя! В обретении умения отказано!

Мир отвергает тебя… Громогласные слова огорошили Мирослава. Но растерянность быстро сменилась просветлением. Ведь многие вопросы, терзавшие его с момента перерождения, теперь разом обрели ответ.

Величественное человекообразное тело в древних богатырских доспехах полностью перекрывало собой путь, а девять ликов под масками, на которых было изображено безразличие, взирали на новоприбывшую душу. Вместо глаз сквозь прорези виднелась лишь тьма, а голос казался монотонным и холодным, так что эмоции божества оставались неясными.

— Здравствуй, смертный. Я Трёхликий Триглав, а ты…

— Умер, — кивнул Пересвет Дубов, задумчиво глядя на свою полупрозрачную руку, — Но вот что странно, совсем не могу вспомнить деталей. Не будешь ли ты так добр,а просветить меня?

— Нет. Я скован множеством правил.

Пара символических золотых кандалов на его руках словно бы подтверждала утверждение.

— Ладно, — хмыкнул Пересвет, — Тогда пора перерождаться. Как тут всё обстоит? Я могу выбрать кем и где? Или только то, сохранять ли свои воспоминания?

— Ты не можешь выбирать ни того, ни другого, — ответил бог-хранитель путей.

— Погоди-ка, — безучастный тон мужчины наконец изменился на возмущённый, — Что значит не могу выбрать сохранить своё «Я»? Неужели все древние трактаты врали и стадия золотого пламени души не является бессмертием личности?

— Является, — сказал Триглав, — Однако обстоятельства твоей смерти таковы, что твоя душа более не бессмертна.