Подумайте о братьях, что томятся в татарской неволе. Последнюю надежду отнимаем.

Второй десятник хмуро заметил:

– Княжье дело православных вызволять из полона. На то он и князь – Олекса Ростиславич. Мы здесь при чем?

– Не видели вы плена… – Варвара понурила голову. – Не убивали ваших детей, не палили родичей по церквам, не угоняли в полон.

– Думай, что говоришь! – От обиды у молодого десятника побагровело лицо. – Брата и сестру угнали в Орду. Четвертый год пошел – ни одной весточки. Живы ль, не знаю.

– Отца с матерью увели, мальцом еще был. Померли, не иначе, – сказал другой.

Разом загалдели остальные:

– Жена у меня в полоне…

– Дочь шестой год поминаю…

– И вы говорите: не наше дело?! – Варвара взвилась будто орлица: – Ежели обоз до Орды не дойдет, сотни русичей умрут страшной смертью. А коли дойдет, может, и жена твоя вернется, – она посмотрела на одного, потом перевела взгляд на другого десятника. – И сына из полона отпустят. Да есть ли у вас сердце?

– Сердце есть, ратников маловато. Не все пойдут на отбой.

– Скажите им так: обоз с выкупом тронуть не дам. А вот обозы у ливонцев пусть забирают.

Рыцарей одолеем – лошади и оружие тоже ваши.

– Пожива неплохая, однако.

– Кто не пойдет, не обидимся. Постоим за православных, и за них, и за себя!

Десятники ушли из землянки, перед ними стояла трудная задача – убедить ратников выступить в поход и защитить обоз, шедший в Орду. Трижды выходил Кондрат в стан, прислушивался, расспрашивал и, возвратившись, вещал:

– Да будет ли? – сомневалась Варвара.

– Терпение имей, – наставлял Кондрат и снова уходил на разведку.

Варвара в тот же день взялась за тяжелый меч, вышла на улицу и ну махать, как учил покойный отец: прямо, вбок, перед собой, словно копьем.

Всякий раз представляла ненавистное лицо убийцы отца – князя Мстислава. Это придавало ей злости и силы:

– Смерть тебе, Иуда-предатель!

Превозмогая телесную немощь, Варвара укрепляла свой боевой дух, доводя его до уровня, доступного только избранным. Вконец вымотавшись, она легла у костра на еловый лапник и вгляделась в черное небо. Там видела Варвара лик удивительный, пригрезившийся в избушке травника. Красивое лицо молодого мужчины, которого полюбила, хоть и не знала, кто он такой.

Утром следующего дня Варвара принимала посольство. Все семеро десятников пришли к ней с докладом. Она чинно спросила:

Старший из десятников вышел вперед:

– Миром решили идти.

– Есть такие, кто не пойдет?

– Спасибо, братцы… – Варвара поочередно обняла всех семерых.

С этого момента в лагере началась усиленная подготовка к походу. Ратники точили мечи, собирали провизию, подковывали лошадей. У кого были кольчуги, подгоняли их под себя. Кто имел копье, точил его камнем.