— Вырубай, — короткий приказ, и снова боль в предплечье, и опять темнота заволокла сознание.

— Если не придет в себя, придется усыплять, — полный сожаления голос, заставил сонный дурман чуть развеяться.

— Как вы могли его довести до такого состояния? — янарат был рядом и беспокоился о нём. Предал, а теперь требовал ответа, искал виноватых.

— Ши Нитпин приказал молчать и не вводить его в курс дела, — шелестел еле слышно голос Жибора.

— Что?! — возмущенно переспросил янарат, расхаживая по маленькой комнате. Ни Нитпина, ни Махтана он не успел застать. — Безумцы.

Кошир был более чем недоволен работой службы безопасности, которая готовила ловушку для унжирцев около особняка Тамино.

Ши Дорош включил мониторы, всматриваясь в экран.

— Маячки были потеряны вот в этом районе. Они выбросили все её вещи. Её ищет ши Махтан и его ребята. Янарат, унжирец её приманил своим ароматом и подчинил своей воли. Он приказал ей покончить жизнь самоубийством.

Янарат вздрогнул, и вскричал:

— Найти её немедленно! Землю носом ройте, но чтобы успели найти! Почему до сих пор не доложились?

— Но все заняты ловлей шпионов.

— Жибор, найти её, или его, — он указал на Тамино, — придется усыпить сейчас же. Ши Нитпин не представляет, какого зверя может разбудить.

Ши Дорошу не нужно было объяснять этого. Он знал Алиаса с детства, они прошли через многое, и теперь он должен был спасти друга, а для этого найти его жену.

— Она всё же потеряла память, — неожиданно произнес он, поглядывая на янарата.

Тот обернулся к нему, прищурившись.

— Да, она очень изменилась. Совершенно другая, хоть и проскальзывает что-то от прежней Берты.

Кошир рассмеялся, бросая взгляд на Тамино.

— Сукин сын, — прошептал Кошир, не понимая, как у того получилась запудрить мозги всем, даже таким как ши Махтан и Жибор. Если бы янарат сам не знал, что Берта мертва, то был бы среди таких же слепцов. Вот только правду он знал и не мог не восхищаться ши Тамино. И поэтому нужно было спасти неудачницу, которую рок преследовал даже сейчас. — Жибор, я вылетаю на её поиски, смотри за ним. Лучше запри его в подвале. А то разнесет мне тут всё. Камня на камне не оставит, пока не увидит свою драгоценную женушку. Ну Джохар, ты гад, — шептал он, выходя из комны.

Ветер пробирался под рубашку, отнимая крохи тепла, которое ещё хранила ткань. Я присела на корточки, пытаясь не тратить энергию. Хотелось есть и спать. В носу уже зачесалось, насморк мне гарантирован. Я молилась, чтобы меня нашли, и простуда казалась сущим пустяком, по сравнению со смертью от голода или зубов хищников. Я смотрела в небо и ждала прилета Алиаса. Я не верила, что он меня бросил. Только не он, который клялся, что не отпустит.