Рэн припарковался, и мы вышли из машины. В этот момент в дверях появилась Лидия. Она закрыла лицо обеими руками, плечи ее тряслись. Джеймс стоял рядом, обняв сестру за плечи. Он что-то прошептал ей на ухо, на что Лидия кивнула. Эта картина напомнила мне похороны, и мороз пробежал по коже.

Мы с Рэном обеспокоенно переглянулись и двинулись вперед. Но когда подошли к наружной лестнице, в дверях возник Мортимер Бофорт. Его стальной взгляд со всей тяжестью упал на меня, но он не смог помешать мне подняться к Лидии.

Когда Джеймс увидел меня, глаза у него округлились.

– Руби, – прошептал он. – Что…

Я лишь покачала головой и нежно коснулась руки Лидии.

– Лидия, – тихо сказала я.

Она опустила руки. Ее щеки были залиты слезами, но не это было самым ужасным: красные и голубоватые пятна покрывали половину ее лица. Сердце больно сжалось, и я невольно подняла взгляд на мистера Бофорта.

Он же и бровью не повел. Я бы никогда не подумала, что смогу ненавидеть этого человека еще сильнее, чем прежде, но в этот момент мне хотелось броситься на него и причинить ему ту же боль, что он доставил Джеймсу и Лидии.

– Что случилось? – спросил Рэн, переводя взгляд с Лидии на Джеймса. – Для чего эти чемоданы?

Оба выглядели так, словно находятся в шоковом состоянии.

– Лидия, пора, – прозвучал голос мистера Бофорта. Он прошел мимо нас и спустился по ступеням к автомобилю. Затем демонстративно открыл дверцу.

– Папа знает о беременности. Я… я должна уехать, – выдавила Лидия. – К моей тете.

– Беременности? – переспросил Рэн, наморщив лоб.

Джеймс сильнее стиснул плечи Лидии.

– Я беременна, – прошептала Лидия. – От Грэхема Саттона.

Рэн уставился на Лидию, раскрыв рот, чтобы что-то сказать, но снова закрыл его. Очевидно, у него пропал дар речи.

– Лидия! – взревел мистер Бофорт.

Во мне поднялась паника.

– Я могу что-нибудь сделать? – спросила я. В воздухе повисло отчаяние – то, с чем я никак не могла справиться. Особенно когда оно обрушивается так внезапно.

– Есть хоть что-то, что я могу сделать? – в панике воскликнула я.

Она отрицательно помотала головой и вытерла слезы:

– Нет. Я… я позвоню тебе, как только у меня снова будет телефон.

– Хорошо, – хрипло ответила я.

Она медленно отделилась от Джеймса и пошла вниз по лестнице. Еще никогда я не чувствовала себя такой бессильной.

– Руби, – тихо сказал Джеймс. Он нерешительно взял меня за руку и погладил большим пальцем по тыльной стороне ладони.

– Я клянусь тебе, что не отправлял эти фото Лексингтону.

В голове путались мысли, и я не знала, на чем мне сосредоточиться. У Джеймса, похоже, были аналогичные ощущения.

– Я бы хотел тебе все объяснить, но не могу отпустить Лидию с отцом в Бекдэйл. – Он сжал мою ледяную ладонь. – Прошу, поверь мне.