Она шла внутрь, я считал, что как раз до самого часового вала. Я клещами вырвал там, внутри, несколько болтов, и труба накренилась, а когда он… он там уже болтался в петле… труба съехала вбок и… Остальное я не видел, я торопился покинуть башню. Там точно рассчитать ничего невозможно – это ни один механик не сможет. Считайте, что все вышло случайно.

– Случайно? – Гущин смотрел на него. – Так просто? Совпадение?

– И вы там на башне…

– Вы там не загадывали желание?

Александр Вакулин взглянул на него недоуменно. Потом в лице его что-то изменилось. Оно сморщилось, скривилось. Он захихикал.

Этот смех… словно скрип…

– Ну, вы даете… Полиция! И вы туда же.

Катя тогда еще подумала: такой разговор никогда не попадет на страницы официального протокола допроса.

Но полковник Гущин все же этот разговор затеял.

Получил ли он ответ на то, о чем тайком думал?

А потом настал день, когда они покинули Горьевск.

Они расплатились в отеле, забрали с Анфисой свой автомобильчик с отельной стоянки, пригнали его к ОВД и там, в кабинете Первоцветова, ждали, пока полковник Гущин покончит с делами оперативной группы и подпишет все необходимые бумаги. Капитан Первоцветов покинул больницу. К счастью, рана на животе действительно оказалась лишь глубоким порезом. Рану на боку и плече ему зашили. И он вернулся к текущим делам – одетый в ту самую парадную форменную рубашку с погонами, единственное, что у него осталось из всей формы. Под рубашкой торс его был туго перебинтован.

В кабинет заглянул дежурный и сообщил:

– Доставка приехала.

Капитан Первоцветов кивнул ему.

Следом за дежурным в кабинет просочился курьер из крупного столичного магазина электроники с большой коробкой в руках.

– Доставка, оплаченная на имя Берг А. М., – объявил он. – Кто тут будет Берг? Распишитесь о получении.

Анфиса и бровью не повела. Катя взяла квитанцию у курьера, прочла и расписалась сама.

Затем она приняла у курьера громоздкую коробку, поставила на стол. Открыла.

– Анфис, там фотокамеры. Две. «Никон».

Гущин наблюдал всю эту сцену, сдвинув очки на нос. Тяжко вздохнул.

– Ладно, пора ехать.

Анфиса направилась к машине.

– Борис, мы это возьмем. Спасибо, – сказала Катя Первоцветову и забрала коробку с камерами.

На этот раз она сама села за руль «Смарта». Смотрела в окно на полковника Гущина – тот, отчаянно жестикулируя, тихо и настойчиво что-то говорил вышедшему их проводить Первоцветову. Совместная поездка в больницу помирила их. И теперь Гущин что-то внушал капитану, как отец внушает сыну. Положил руку ему на плечо. Потом пошел к своему внедорожнику.

Первоцветов остался во дворе ОВД один.

Катя знала, чего ждет капитан. Но что она могла сделать?

Но Анфиса не оглянулась.

Катя завела мотор, их крошка-автомобиль плавно тронулся с места.