— Слышь, боярин, а что за работа?

— Ты же свободный человек, с боярином, да и с самим князем разговаривать тебе несподручно, чего же тогда меня догнал?

— Ступай своей дорогой.

— Не понял — чего «две полушки»? Я ничего не покупаю.

— За день зарабатываю две полушки — ты же сам спрашивал.

— Не густо. Семья есть?

— Хочешь зарабатывать больше? Только и крутиться надо будет как белке в колесе!

— Ежели чего супротив закону, то я не согласен. Скажем — скрасть чего или морду набить, или того хуже — не согласен я.

— С чего ты решил, что я тебе душегубские дела предложить намерен? Мне управляющий в деревню нужен, несподручно мне все дела самому делать.

— Нет, не смогу — опыта нет.

— Опыт — дело наживное, лишь бы желание было. Коли сговоримся — объясню, помогу, да и сам в деревне бывать часто буду. Серьёзное дело пригляда требует.

Парень почесал затылок.

— Попробовать можно, а ну как не получится?

— Всего и делов, что назад, на торг вернёшься. Я тебе работу не на один день даю, будешь за дело радеть да головой думать, так и деньги будут.

Парень определённо нравился мне. Проходимец давно бы ухватился за предложение, а этот взвешивает силы.

Одежда чистая — тоже плюс: за собой следит, значит, и за порядком следить будет.

— А сколь платить будешь, боярин?

— Вдвое против теперешнего заработка. А дальше от тебя зависеть будет. Отличишься, смекалку да разумение покажешь, честность и рвение к делу — добавлю деньжат. Не способен коли окажешься — уж извини, на торг вернёшься.

Парень снова задумался, и когда я уже стал терять терпение, решительно сказал:

— А пропади она пропадом, такая жизнь, с хлеба на квас перебиваюсь.

Согласен. Где хоть деревня-то?

— Тридцать вёрст отсюда, Смоляниново называется.

— Знаю, сам недалеко от тех мест родился, из Бежицы я.

— Звать-то тебя как?

— Андрюшкой отец нарёк. А тебя как звать-прозывать?

— Боярин Георгий Игнатьевич Михайлов. Сейчас вот что — надо выбрать коня и подводу. Во всей деревне одна лошадь, а телега нужна позарез.

— Лоток с товаром куда?

— Сейчас лошадь с подводой купим — заедешь домой, оставишь лоток. С утра выезжаем. Ты где живёшь?

— На Архангельской — третий дом с угла, ежели от храма Златоустовского идти.

Мы пошли в угол, где торговали лошадьми, телегами, сбруей, сёдлами. Тут терпко пахло лошадиным потом и кожей от сёдел. Вдвоём выбрали смирного мерина, подобрали ему упряжь и телегу. Мерина сразу запрягли, Андрей положил на подводу лоток с мелким товаром, уселся на передок.

— Садись, боярин Георгий Михайлов, довезу.

На подводе ехать лучше, чем идти, хотя несколько и умаляет звание боярское. Ладно, не велика пока птица.

Я уселся на телегу, важно бросил: «Трогай!» Объяснил Андрею, где мой дом.