Как я могла забыть острую боль укола! Причиной заторможенности моего разума вполне мог быть какой-то препарат.

Детали ускользали из памяти, но плечо ныло и сейчас. Надо…

Я попыталась сесть и внезапно, до искр в глазах, стукнулась о что-то, нависшее прямо надо мной.

Мамочки! Что это? Поднятые руки уперлись в доски. Пальцы ощущали щербины и вмятости грубо обработанной древесины. Сбоку… то же самое. Ева, только не паникуй. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

Деревянный ящик, мать их. Кто-то похитил меня и положил в деревянный ящик с отверстиями для воздуха в районе пяток. Даже извернуться и выглянуть в дырки не было возможности.

Мысли разбегались и следующие несколько минут пришлось медитировать, чтобы разогнать мешающий думать туман и при этом не поддаться панике.

Вдох-выдох. Я — коппер Ночного Отряда, менталист. Официально из полиции меня еще никто не увольнял, я не успела показать дарственную и уйти из Отряда. Возможно, идиоты-похитители даже не представляют, на кого напали. И им придется все объяснить. Спокойно и четко.

Я же не оборотень, не смогу выбить доски, появившись карающим чудовищем в фонтане щепок и меха. Я и не вампир высокого уровня, способный превращаться в дым.

Мое оружие — мозг. Надо думать. Как бы сложно это сейчас не было.

Сосредоточившись, я мягко, плавно-плавно, стараясь не напрягаться… выпустила один дрожащий щуп.

Кое-кто из моих бывших преподавателей сказал бы «дохлый», но я назову его «изящный». Потому что больше не потяну, а в этот вполне смогу понемногу доливать силу.

Если похитители хоть что-то знают обо мне, то принимают за эмпата второго уровня, способного максимум определить эмоции на расстоянии. Преступники вряд ли используют дорогостоящие защитные амулеты и, скорее всего, просто выжидают, пока испуганная менталиста, пробудившись в замкнутом пространстве, промаринуется до состояния «Что угодно, только выпустите меня, умоляю».

Борясь с наплывающими головокружением и тошнотой, я продолжала удлинять сканирующее ментальное щупальце. Осторожно двигая им из стороны в сторону. Три метра. Ничего. Четыре. Ничего. Пять…

Облегчение нахлынуло волной, и я с трудом удержала контроль над щупом. Сосредоточься, Ева! Твои эмоции сейчас лишние. Только хладнокровный разум, только полная концентрация.

К месту, где я находилась, приближались неизвестные. Злые, настороженные. Эмоции полыхали ярко, при этом их сдерживали, словно собак на цепи.

Ого. Полежу-ка тихо, сделаю вид, что еще не пришла в себя, заодно прислушаюсь и попробую понять, что происходит.

Хлопнула дверь, и раздался топот приближающихся шагов.

— Осторожно, это моя добыча.

Ох… Это же голос Крейга. Специфически грубые, низкие почти до баса звуки определялись даже в негромкой, короткой фразе.