— Что? — растерянно произношу я. Почему-то я не могу понять ее вопрос и у меня возникает стойкая ассоциация с сохранением файлов на компьютере. Она спрашивает меня — стоит ли сохранять обо мне информацию?

Врач раздраженно закатывает глаза и продолжает дальше что-то нервно писать.

— Сохранять, спрашиваю, будете или аборт делать?

— Я не знаю… может, не надо аборт?

— В смысле? Я вам уже направление пишу, — хмыкает женщина, и снова стреляет в меня взглядом, — вам двадцать один, работы нет, мужа нет. Кормить ребенка как будете?

— Я как-нибудь постараюсь, — неуверенно произношу я.

Мне кажется странным, что это ее заботит. Работы у меня нет из-за того, что я училась, но я ведь могу устроиться? Или найти того мужчину, от которого этот ребенок. В конце концов, может, он мечтает о ребенке, иначе зачем бы ему заниматься со мной сексом без презерватива? А с утра он не остался, потому что ему позвонили с работы… Боже, Диана, ты наивная чухня. Даже звучит смешно.

— Слушайте, не надо направление, — я беру себя в руки, перестав гонять в голове дурацкие мысли, — в конце концов, ребенок не виноват, что так все получилось.

— Какой ребенок? — врач отрывается от писанины и устало смотрит на меня, — девушка, на этом сроке там только набор клеток. Они даже боль не чувствуют.

— Какая разница? — пожимаю я плечами, — вы тоже были набором клеток. Вы бы были счастливы, если бы вас не было?

— Я об этом не узнала бы никогда.

Гинеколог так грозно сверкает глазами, что мне хочется встать и уйти. Кажется, что-то у нее пошло не по плану. Я явно не должна так ей отвечать. Она действительно ждет, что я радостно выдохну и с облегчением произнесу «а, ну ладно, раз это всего лишь набор клеток…»

— Я была долгожданным ребенком, — медленно и вкрадчиво произносит женщина мне, — и мои родители позаботились о том, чтобы я росла не на пособия.

— Я не стану его растить на пособия.

— Да, двадцатилетняя соплюха найдет за пару недель работу с хорошими декретными. Охотно верю.

— Пошла ты в задницу, — отвечаю я, поднимаясь и быстрым движением забирая со стола лист.

— Эй! Куда? Результаты оставь!

— У другого врача, — хмыкаю я и захлопываю дверь в женскую консультацию.

Я рассказала свою тайну Эле и Оксане, потому что они единственные, кто могли бы мне хоть как-то помочь. Эля училась на последнем курсе факультета журналистики, уже успела пройти практику во многих печатных и интернет-изданиях нашей страны и завести полезные знакомства.

А Оксана была дочкой одного из депутатов.