Алексис выходила из конюшни, шатаясь, вцепляясь в Киллиана, как в соломинку, словно боялась, что если отпустить — исчезнет, и она снова потонет в ужасе последних часов. Сожалений о смерти Джона не было, как бы она к себе не прислушивалась. Он давно для неё умер, а тот человек, который предстал перед ней сегодня не напоминал его даже отдалённо. Отведя Алексис в дом, Киллиан взял с кровати одеяло и укутал её, стирая со щеки капли чужой крови.

— Нам надо прибрать всё, а после поедем домой, хорошо? — тихо спросил он, заглядывая в её глаза. Алексис деревянно кивнула, пребывая в своих мыслях.

Следующий час ушёл на то, чтобы погрузить тела в повозку, впрячь лошадь и насыпать свежей соломы на пол. Фрэнк и Колум уехали в лес, а Киллиан вошёл в дом, найдя Алексис в том же положении, что и оставлял. Он осторожно опустился перед ней на колени, взял в руки ледяные ладони, подул на них, пытаясь отогреть.

— Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить? — задал он вопрос, терзавший последний час. Алексис вздрогнула, посмотрела непонимающе. — За то, что убил его.

— Я люблю тебя, — просто ответила она. — А тот человек… Я рада, что его больше нет.

Плита, придавившая плечи Киллиана, раскололась с громким треском, и дышать снова стало легко. Он опустил лицо в её ладони, чувствуя, как остро защипало в глазах, и прошептал:

— Я тоже люблю тебя. Безумно тебя люблю.

Свадьба собрала в церкви практически весь город — все, кто знали Киллиана и Алексис сочли своим долгом прийти и поздравить. Столы были накрыты прямо на лугу; весело трепетали клетчатые скатерти, и пышные букеты нарциссов и тюльпанов привлекали целый рой проснувшихся пчёл. Алексис счастливо улыбалась, не выпуская руки своего мужа, а тот то и дело бросал счастливый взгляд на жену, думая только о том, чтобы скорее забрать её отсюда домой, а после, утром — в Денвер. Но сначала оставалось ещё одно дело. В очередной раз поблагодарив Мередит за помощь в устройстве свадьбы, они пошли к ступеням церкви, где уже ждал Колум, держа на поводу осёдланную лошадь.

— Тебе не обязательно уезжать так быстро, — сказал Киллиан, обняв брата.

— Чем скорее, тем лучше, — тепло улыбнулся Колум и посмотрел на Алексис. — Я могу поздравить невесту?

— Конечно! — ответила она, подходя ближе и подставляя щёки для поцелуя. Но Колум, хитро сверкнув глазами, звонко поцеловал её в губы, бросив быстрый взгляд на Киллиана. Тот притворно нахмурился, притягивая жену к себе собственническим жестом.

— Куда поедешь? — спросил он.

— В Калифорнию, — пожал плечами Колум. — Мы ведь с самого начала туда собирались.

— И хорошо, что решили задержаться здесь, — хмыкнул Киллиан.

— Новый священник прибудет только через два месяца, — умоляюще протянула Алексис. Прощаться с Колумом оказалось неожиданно тяжело.