— Если это не слишком вас стеснит, — начала было Алексис, но Ораст уже нёс из комнатки за стойкой телеграфа поднос. Водрузив его на лавку, он протянул Алексис большую кружку и подвинул тарелку с пирогом.

— Не буду вам мешать, — тактично проговорил Ораст и вышел на улицу.

Колум пересёк улицу и зашёл в салун.

— Преподобный? — Хозяин салуна, казалось, за это время не сдвинулся с места ни на дюйм, всё так же неспешно продолжая натирать стаканы. — Сегодня просто день неожиданных посещений! Чем обязан?

— У тебя есть свободные комнаты?

— А что, решили попробовать моих девочек?

— Я говорю про номера для постояльцев, Фрэнк. — Колум облокотился на стойку, склонившись к Фрэнку. — К нам приехала учительница, надо разместить её на время, пока мы не найдём подходящее жильё. Номер должен быть приличный и с отдельным входом.

— Да вы никак разбогатели, падрэ, — усмехнулся Фрэнк. — Или в вашей кружке для пожертвований собралось слишком много лишних денег?

— Доллар за ночь. — Фрэнк явно заломил цену, но Колум понимал, что сегодня разместить учительницу лучше уже не получится. Он, к стыду своему, совершенно забыл про то, что она писала. И если утром оплошность с тем, что её никто не встретил, сгладила кобыла, то с жильём само собой решиться ничего не могло.

— Я заплачу за две ночи, — спокойно ответил Колум, отсчитывая деньги. — А ты пришли кого-нибудь к Орасту, чтобы забрали вещи и отвели миссис Коули в номер.

— Как скажете, святой отец, — лениво улыбнулся Фрэнк, пригладив волнистые волосы. — Я могу и сам проводить новую учительницу.

— Фрэнк, — предостерегающе проговорил Колум. Тот поднял руки вверх, и улыбка его стала ещё шире.

— Только проводить, падрэ. Я умею отличить продажную девку от леди.

Фрэнк вышел из-за стойки, крикнув одной из девочек занять его место, а Колум тяжело вздохнул, провёл ладонью по лицу и оглянулся. Если Киллиан был здесь пару часов назад, навряд ли он уже уехал. Им давно стоило поговорить, и если бы младший брат так отчаянно не избегал встречи, проблем у них было бы гораздо меньше. Спросив у девушки за стойкой, здесь ли Киллиан и получив утвердительный ответ, Колум опустился на стул и принялся ждать. Можно было оставить его самому себе, позволить дальше катиться в пропасть, на дне которой ждут лишь острые камни. Но Колум не мог. Он обещал приглядывать за братом. Обещал матери, и поэтому, как бы иногда ни хотелось плюнуть на всё, старался изо всех сил держать слово.

1847 г., Ирландия, графство Мейо

Пронизывающий ветер пробирал до костей, сбивал с ног, разрывая в клочья туман с торфяных болот. По тропинке между каменистых склонов осторожно пробирались двое.