— Вы видитесь с ней сейчас? — спрашивает Лева, но Алурин не отвечает. Медленно он поднимает длинный белый палец и шепотом говорит:

Майк и Марина, о чем-то шептавшиеся в темноте, замолкают, и теперь все слышат глухой далекий рокот.

— Идут, — говорит Алурин и встает, — держитесь все вместе, старайтесь от меня не отрываться. В бой не лезьте — вы уже сегодня повоевали.

— У меня есть нож! — говорит Аннабель.

— Побереги его для следующего раза, — усмехается Алурин, — сегодня мой праздник, не лишай меня удовольствия.

Он распахивает заслонку фонаря, и луч света освещает коридор.

Два десятка зомби медленно приближаются, покачиваясь из стороны в сторону.

— И это всё? — говорит Алурин. — Даже скучно.

Он вскидывает пистолеты, каскад вспышек, грохот выстрелов. Ника видит его лицо — в нем нет ни следа той нежности, которую она чувствовала всего несколько минут назад: только радость, только ярость, только слепое упоение битвы.

Зомби падают на пол, теряют форму, растекаются зеленоватыми лужами гноя. Алурин перезаряжает пистолеты — и в этот момент что-то круглое, вертящееся вылетает из полумрака.

С треском снаряд разрывается у Никиных ног, желто-зеленые брызги взлетают в воздух, несколько попадают на руку — и она кричит от неожиданной боли.

— Мертвые головы! — кричит Алурин. — Они выпустили мертвые головы! Назад, все назад!

Лева подхватывает Нику и тащит ее в чулан. Еще один череп разрывается прямо перед ними, по счастью — слишком далеко. За спиной один за другим грохочут выстрелы.

— Вот вы как! — кричит Алурин. — Ну ладно, посмотрим кто кого!

Пульсирующая боль все сильнее. Нике кажется: вся левая кисть превратилась в одну сплошную рану.

Обернувшись, она видит: мертвые головы раскалываются в воздухе, разорванные серебряными пулями. Ард Алурин стоит, освещенный вспышками выстрелов, пугающий и прекрасный.

Теперь Ника видит: мертвые головы вылетают из третьей комнаты, где окопалось несколько ромерос, скрываясь за поваленными шкафами. Шаг за шагом Алурин приближается к ним.

— Что это такое? — шепотом спрашивает Гоша Майка.

— Мертвые головы, — отвечает тот, — черепа погибших в битвах, наполненные перебродившим и химически модифицированным гноем.

Новая разработка, в прошлую войну таких еще не было. Оружие избирательного действия: поражает только живых. Хорошо, что они только сейчас их подвезли. Бросили бы пару таких в чулан — и всем вам конец.

— Но Алурину они ведь не страшны? — спрашивает Ника.

— Ни капельки, — говорит Майк, — он же мертвый.

Выглядывая из-за поваленного сундука, Ника видит: майор Алурин достиг третьей комнаты. Яркие вспышки огня, грохот, утробный вой, внезапная тишина.