— Кстати, а о своих детях ты подумать не хочешь? Мне кажется, наше пребывание в делах и хлопотах уже затягивается. Ты не сможешь проверить каждую гостиницу в поисках Денизы. Так что пока… Можно и притормозить. Пусть всё утихнет и эта мерзкая дамочка потеряет бдительность…”

— Может, ты и прав, конечно, — Ренельд едва сдержал улыбку. Иначе король подумает странное. — Но потерпи ещё немного.

— Я понимаю твоё возмущение, — помолчав, продолжил Ивен. — После всего, что случилось с твоей женой. И твоим братом. Да и со многими магами, кто лишился ауры. Но я не готов пока рубить сгоряча. Хотя… Я проведу новый выбор преемника через год. В этом всё слишком запуталось — всё пошло не так. Я уже отметил некоторых потенциально сильных отпрысков рода, кто мог бы через время показать свои умения лучше.

— И Ксавье, — добавил Ренельд.

Ивен вдруг улыбнулся.

— И Ксавье тоже. В конце концов, кажется, он взялся за ум?

“Ой, не то слово как взялся, ваше величество. Так взялся, что я уже изнемогаю. Пойдём есть, Рен?”

— Думаю, это верное решение, — ответил тот всем сразу. — Я буду держать тебя в курсе поисков Денизы.

Ивен кивнул, вновь задумавшись.

Ренельд поманил Лабьета взмахом руки, и они тихо вышли из кабинета.

Мариэтта, кажется, уже тоже изнемогала, она подпрыгнула с дивана у окна, едва услышала шаги Ренельда. Ли выбежала с балкона, яростно мотая хвостом, и тут же бросилась к Лабьету, что-то нежно урча. Кажется, с каждым днём их отношения становились всё проникновеннее.

— Как визит Юго? — сразу спросил Ренельд, предупреждая её расспросы.

Недавно ауроправ напомнил, что за аурой Мариэтты необходимо внимательное наблюдение пока не станет понятно, что всё хорошо и никаких неожиданностей не случится.

— Он уехал ещё утром, — Мари подошла неспешно, вернув себе самообладание и степенность. — Сказал… Сказал, что всё стабильно и новые элементы тьмы прижились. Как это ни странно.

Ренельд взял её за руку и вывел на балкон, оставив шинакорнов в гостиной — тереться носами и всем, чем они ещё захотят потереться. Уберечься от расспросов жены полностью не удалось. Пришлось обрисовать ситуацию хотя бы в общих чертах, чтобы она немного уняла своё любопытство и беспокойство.

И Ренельду хотелось, что бы однажды они вообще перестали обсуждать Собирателя и всё, что связано с этим именем.

— Пока Дениза на свободе, я не смогу быть полностью спокоен за тебя, — заключил он, мягко притягивая к себе жену за талию.

— Как это называется? — она воздела глаза к порозовевшему на закате небу. — Паранойя.

— Я серьёзно. Учитывая, как она тебя ненавидит, от неё можно ожидать совсем уж иррациональных гадостей. Даже в ущерб ей самой.

— Если бы она этого хотела, то убила бы меня, а не заперла в комнате.

— Я не говорю  про убийство.