Женщине, привыкшей быть хозяйкой, такое положение претило. Я лихорадочно соображала, чем можно удивить императора, вызвав его интерес и расположение и при этом не навлекая на себя ненужных подозрений. Что в этом мире может сойти за талант у девушки, которая таковыми не отличается, и не выдать во мне чужачку?

Решив не слишком выпендриваться, остановилась на выпечке. Приготовлю императору торт. Вдруг он окажется нормальным мужчиной, путь к сердцу которого… В любом случае ничего другого придумать не удалось. Местных танцев я не знала, петь Эберми не умела, рукодельничать и подавно, а интересы короля были загадкой, поэтому на них тоже не сыграть.

Придя к окончательному решению, обратилась к Амали, приставленной ко мне батюшкой в качестве надзирателя. Девушка не отходила от меня ни на шаг с того момента, как я пришла в себя в этом мире.

- Скажи, а ты можешь сходить к отцу и спросить о разрешении? – поинтересовалась у служанки.

Амали напряглась, видимо, решив, что я собралась совершить очередное безрассудство, и втягиваю в это её.

- Ничего такого… Просто отбор уже завтра, а там испытания будут, - протянула грустно, усиленно отыгрывая роль. Мало того, что мир ещё воспринимался чудесным сном, так и себя в нём я больше актрисой ощущала. – Мне нужно попасть на кухню. Я ведь ничего не умею, но, возможно, повара помогут удивить императора. Папенька точно прогневается, если я вздумаю опозорить семью, явившись во дворец с пустыми руками.

- Это верно, - охотно согласилась Амали, но настороженность во взгляде не прошла. – Я узнаю у хозяина, - и она убежала, предварительно заперев дверь на ключ. – Господин разрешил вам сходить на кухню, но только с охраной, - появилась она через десять минут.

Покорно кивнув, позволила служанке себя одеть, хотя прекрасно бы справилась сама, но раз так принято, нечего ломать устои и привлекать излишнее внимание. А после мы в сопровождении ещё пары женщин, оказавшихся моей охраной, отправились вниз.

На кухне трудилось два повара. Семейство Лабрюз отличалось многочисленностью. У Эберми имелось четыре брата, мачеха и пять младших сестёр, не достигших совершеннолетия. Что странно, никто из них не пришёл проведать девушку, и я подозревала, что это приказ властного главы рода. По воспоминаниям со всеми родственниками Эберми поддерживала тёплые отношения. И такое поведение родни укрепляло меня в мысли устраивать судьбу вне семейного гнёздышка.

Амали всегда приносила еду, не сильно отличающуюся от земной. Даже один раз на обед подала нечто похожее на холодец. И это наводило на мысль, что в моём новом мире знакомы с желатином или его аналогом. Придётся поэкспериментировать, чтобы нужную пропорцию соблюсти, но я надеялась, что у меня получится изготовить качественное птичье молоко.