– Что это, черт побери, за аппарат машинного доения?! Почему ты себе нормальную тачку не купишь?

Собака Гуччи сидела у нее на коленях, очень близко от Троепольского, и смотрела на него укоризненно. Прическа негодующе подрагивала.

– Мне нравится моя машина.

– Как она может тебе нравиться, когда в нее невозможно влезть?!

– Зато ей надо мало места для парковки и мало бензина.

– У нас что, в стране бензина не хватает?!

– Троепольский, что ты орешь?

– Я не ору. Я не понимаю, как можно ездить на таком дерьме?!

– Если тебе не нравится, купи свое, отдельное дерьмо.

– Куплю. Я только не знаю, где их продают. – Кого?!

– И где оно, это замечательное место?

– Где-то на Хорошевском шоссе. Надо съехать в сторону Магистральных и ехать по указателям.

– Ты покупала машину там?

– Сизов покупал там машину.

Троепольский замолчал и молчал довольно долго, почти до самого Гидропроекта, а потом сказал злобно:

– Значит, поедем и купим.

– После того, как я поговорю с Зоей Ярцевой.

– А кто это, Троепольский?

– Федина подруга, телефон которой ты нашла в распечатке. Она здесь работает.

Полина вытянула шею и посмотрела, где именно. Огромное здание, как ледокол, рассекающее два безостановочных автомобильных потока, высилось на крохотном асфальтовом пятачке. Когда-то эта архитектура горделиво называлась “из стекла и бетона”. Стекла были грязными, а бетон серым и кое-где голубым, как дамские подштанники семидесятых.

– А ты знаешь… где именно она работает? Или мы будем бегать по этажам.

– На двадцатом. Вылезай.

Полина вылезла и поплелась за ним на высокое крылечко, на котором толпились и курили какие-то подозрительные типы. В вестибюле выяснилось, что типы все, как один, стоят в очереди к окошечку с надписью “Железнодорожные билеты” и время от времени выходят покурить.

Огромное помещение, выложенное желтой рифленой плиткой, предварялось рядом турникетов, как в метро. Во всех, кроме одной, ячейках турникета стояли стулья с облезлыми спинками, а в единственной свободной торчал охранник. Время от времени он смачно зевал и прикладывал голову на скрещенные руки.

– На двадцатый этаж.

– В бюро пропусков. Здесь без пропуска нельзя. И с собаками тоже нельзя!

– Секретный объект? Ветеринарный карантин? – уточнил Троепольский, и Полина проворно поволокла его за руку в сторону стеклянной будки.

– Что с тобой такое?! Он тебя вообще не пустит никогда!

– Не черт с ним. Тебе сюда нужно или нет?

Она была совершенно права. Ему было нужно, а охранник вполне мог его не пустить.

Пропуск был заказан только на него – ясное дело, потому что он не предупреждал неизвестную Зою Ярцеву, что явится с Полиной и еще с Полининой собакой.

– Я тебя подожду, – пообещала Полька, и это простое обещание приободрило его.