– Я даже не буду спрашивать вас, каким образом вы вышли на след мадам Джиндан, потому что знаю: там, где она появляется, следует много смертей. Там, откуда она уходит, проводится много похорон. Я спрошу вас только об одном, что меня больше всего волнует. И волнует не только как сотрудника антитеррористического подразделения ООН, но и как японку.
Таку прекрасно говорит по-русски. В прошлый приезд, минувшим летом, она еще не слишком уверенно подбирала слова и слегка путалась при построении предложения, особенно если это предложение было длинным.
– Я с удовольствием вам отвечу, если смогу, – обещает Басаргин, уже догадываясь, о чем пойдет речь.
– Чем обусловлен ваш запрос относительно связей Джамили Джиндан с американцем японского происхождения? Я признаюсь сразу, что мы ведем расследование, как у вас говорится, параллельным курсом. То есть мы сами ищем этого японца. Ищем настойчиво, с применением всех возможных средств, потому что знаем его незаурядные способности по организации крупных террористических актов.
Басаргин кивает и жалеет, что разговаривают они у него в офисе, а не в кабинете генерала Астахова в присутствии офицеров «Альфы», которые откровенно сомневались в его выкладках.
– Итак, я вам выскажу теорию, которая может вам показаться несколько странной, потому что как жители России имеют свои собственные представления об Америке, американцах и себе, точно так американцы имеют собственное представление обо всем. Хотя, вопреки их личному мнению, это вовсе не собственные представления, а пришедшие извне.


















Комментарии
Добавить комментарий