Плевать ему было сейчас на все, главное, дальше оттуда. В горы, туда где голые скалы и небо, и больше ничего.

Пресно ему было, тускло?! Хотелось ярких чувств?! Да! Бездна его раздери! Ему обеспечили яркие чувства.

И кто, спрашивается… Кто?!

Когда прошел немного первый порыв, Аэд вдруг задался мыслью: что с ним не так?

Что не так с ним, если Снежана даже не рассматривала его в качестве суженого, он это сразу понял. Лидия… Может быть. Если бы не черный.

Черный! Повелитель не знал, что по отношению к Джейдоку теперь испытывал.

Наверное, все-таки благодарность. Ведь это именно благодаря ему он стал драконом. Аэд даже злиться не мог на то, что черный увел у него Лидию.

Но это к делу не относилось, и нечего черному вторгаться в его мысли!

Совсем другое сейчас бродило у Аэда в голове.

Сафие!! Принцесса из рода песчаных, его наложница. Женщина, которую он, казалось, знал вдоль и поперек!

Дракон рыкнул, пустив струю пламени, поплавил внизу скалы.

Однако, чем дальше уносили крылья красного дракона в горы, тем яснее становились его мысли. Невольно откручивались назад воспоминания. Он искал причину и мучился.

Ведь повелитель знал, что не бывает у дракона потомства без взаимной любви. Так уж они устроены, все из-за двойственной сущности. Из-за того, что оборачиваться, принимая истинный облик, могут только мужчины. И чем старше род, чем крупнее и сильнее оборотень, тем вероятность зачатия ниже. Тем реже им выпадает шанс иметь детей. Баланс, мрачно усмехнулся он, иначе похотливые драконы заполонили бы своими потомками весь мир.

И у Сафие от него будет ребенок.

Когда он проморгал все? Почему не почувствовал? Как такое могло случиться?

А ответ был прост. Неприятен, правда, но прост.

Он ведь даже не от нее удрал в Проводники, а от себя, от своей неуверенности.

Хотя, конечно. и от нее. Казалось, она смотрит ему в душу и ждет чего-то, что он не готов дать. Планировал, что как Раад, приведет иномирянку, и это будут настоящие чувства. А то, что было у него тогда — так, бледное подобие.

Но если так, тогда почему ему сейчас так обидно и больно, бездна его раздери!

Уже не дракон, мужчина, стоял на краю скального плато, смотрел вниз и хмурился.

Потом оглянулся назад. Зоркий глаз дракона выцепил что-то среди скал. Секунду еще он размышлял, а после обернулся огромным красным зверем. Взмыл в воздух и полетел в обратном направлении.

Сафие чувствовала себе опустошенной. Сидела на диванчике, обернувшись к двери, и смотрела в одну точку.

Вот. Она сделала это. Высказала все ему в лицо. Она отказала ЕМУ. Отказала.

Как будто разом потратила все душевные силы. Берегла, копила, думала, ей хватит злости на всю жизнь. А теперь не осталось ничего. Пустыня в душе, и никакого морального удовлетворения.