Выключил мелодичный трезвон на браслете, чтобы он раньше времени не разбудил жену. Решил сходить в санузел, принять душ и облачиться в униформу, пока Энжи спит. Но, спустив ноги на пол, с хрустом раздавил какие-то сухарики. Твою ж комету, кошачий корм. Точно.

Пушистый вредитель тут же встрепенулся, бдительно поглядывая прищуренными глазёнками на смертника, который посмел топтаться по его еде.

К счастью, Энжи так и не проснулась. Во сне её личико было таким ангельски-безмятежным, что я аж залюбовался. Потом дал себе мысленный пинок и направился в санузел, ступая с осторожностью сапёра ни минном поле. Мой учитель подрывного дела мной бы гордился.

Конечно, можно было бы запустить робота-уборщика, но он слишком шумел при работе и медленней его была разве что тарнийская черепаха. Так что решил включить его позднее, когда уже разбужу жену.

После душа надел чистое нижнее бельё из шкафа, встал на дресс-круг и попытался облачиться в привычную униформу, но получилось у меня это лишь тогда, когда я смёл руками с чёрного круга крошки кошачьих сухарей.

Мысленно обругав меховушку-вредителя, всё же оделся. А потом остановился в нерешительности, размышляя, во что, собственно, нарядить жену. Снова в коротенькое кружевное платьице? Так на девушке теперь даже нет трусиков.

Покрутил порванные вчера эластичные бинты в руках и понял, что нет, женские трусы мне из этого не сотворить, отсутствуют нужные навыки. Звать на помощь Милис? Стопудово поднимет на смех.

А потом меня осенило: я же могу облачить Энжи в униформу на дресс-круге!"

"Разбудил девушку поцелуями, включил робота-уборщика и отнёс жену на руках в санузел. Когда она вышла — поставил её на дресс-круг и, задав нужные параметры одеяния — «стандартная женская униформа», — нажал на браслет.

От результата я, признаться, опешил. Теперь тело жены было прикрыто тонким слоем пластика, который подчёркивал каждый изгиб: аппетитные холмики грудей, тонкую талию, красивые бёдра, — и всё это выглядело так возбуждающе, что… В общем, в кружевном платьишке без трусов она бы выглядела менее соблазнительной. А так — просто живое искушение.

— Как, нормально? — оглядывая себя, спросила жена, а я в замешательстве не знал, что сказать.

— Э-э-эм, ну… — промычал я, растерянно потирая подбородок.

В дверь неожиданно позвонили, и я механически нажал на браслет, открывая.

— С добрым утром, мои доро… — осёкся радостно ворвавшийся в каюту Тэль. Как и я, он остолбенело уставился на Энжи, медленно подбирая отвисшую челюсть. Поднос с едой в его руках опасно накренился. — Ух ты ж, ёжики квазарные…

— Привет, Тэль, — робко помахала ручкой моя скромница, и на подносе линха что-то звякнуло.

Я подскочил к нему, чтобы не дать тарелкам свалиться. Вдвоём мы поставили поднос на стол.