— Обратись к окулисту, если проблемы со зрением.

У Берка заходили желваки на скулах, а руки сжались в кулаки.

— Полегче, лорд Дариан, неужели вы не смотрите новости? Перед вами будущая королева Антарии, леди Энжи Ан-Мар, так что проявите уважение, — вступился за меня оборотень.

— Я знаю, кто она, — огрызнулся Грэй. — И тебя об этом не спрашивал, медвежатина, — он окинул Берка пренебрежительным взглядом, что возмутило меня до глубины души. Как можно быть таким красивым и таким козлом одновременно?

— Этот, как вы выразились, медвежатина, — друг и побратим вашего сына, и он не раз спасал Лексу жизнь, прикрывая на поле боя! Постыдились бы ему хамить, высший лорд! — отчитала я этого типа.

Он аж позеленел от злости. Или от шока? Наверное, ему ещё никто в жизни такой выволочки не устраивал.

— У вас проблемы с леди Ан-Мар, Грэй? — ледяным тоном поинтересовался подошедший к нам Элмер. Он встал рядом со мной, даря чувство защищённости.

— Нет, ваше величество, никаких проблем, — с неохотой склонился перед ним лорд Дариан. — Мы с леди Энжи обсуждали воинскую доблесть, — сверкнул он на меня глазами, желая испепелить.

— Какая интересная тема, — губы Элмера расползлись в холодной улыбке. — Скажите, а как дела со здоровьем вашего сына, доблестного воина Лекса Дариана? Когда его выпишут? — участливо спросил император.

Грэй кинул на него затравленный взгляд, не зная, что на это ответить.

— Скоро, — отделался он универсальным ответом.

— Так я и думал, — хмыкнул Элмер. — Леди Ан-Мар, позвольте обсудить с вами разные аспекты доблести в приватной беседе, — протянул он мне руку, за которую я ухватилась, и повёл к трону.

Я оглянулась на Рэя. Он был далеко, в самом конце зала, в углу возле колонны, и с кем-то разговаривал.

Я не могла разглядеть, с кем именно. Но рядом с ним были Тан, Тирон, Бен и Дорен. Значит, всё хорошо.

— Как ты, ангелочек? Держишься? — с сочувствием посмотрел на меня Элмер, когда мы уже поднялись на постамент и остановились у его кресла.

— Да, всё нормально, — кивнула я. — Хочешь снова включить иллюзию и увести меня на разговор в свою комнату? Я против, — напряжённо уточнила я.

— Нет, не в этот раз, — мотнул головой император. — Просто здесь единственное место в зале, идеально защищённое от прослушки.

Буду тебе признателен, если ты станешь полубоком или спиной к залу, чтобы никто не мог читать по губам.

— Хорошо, — развернулась я так, как он сказал.

— Я соскучился, — тихо и очень искренне произнёс он, окутывая меня нежностью во взгляде. Но в глубине его глаз затаилось такое одиночество и тоска, что у меня сжалось сердце.

— Ты снишься мне каждую ночь. Разговариваешь со мной, обнимаешь, целуешь, — призналась я, чувствуя, как щёки начинают предательски краснеть.