Слишком много шума, а эту схватку и тот факт, что в штольне что-то нашли и кого-то задержали, лучше пока сохранить в тайне. Взяли! Их еще нужно взять. Несколько пуль пролетели совсем близко, но Коган вскочил и перебежал под защиту следующей вагонетки. Он слышал короткие очереди из ППС своих альпинистов и как со стрекотом огрызались «шмайсеры» диверсантов.

— Сдавайтесь, у вас нет выхода! — крикнул Ковалев.

— А-а, — заорал все тот же высокий голос, пытавшийся перекрыть звук автоматной очереди «шмайсера».

И тут же коротко ударила ответная очередь, и крик захлебнулся.

Тут же прозвучали несколько коротких очередей. Как понял Коган, бойцы умело прикрывали друг друга во время перебежек. Они шли на сближение с противником, заставляли его отступать от входа в глубину штольни. Выглянув из-за вагонетки, Коган наметил себе следующее укрытие. Он присмотрелся и увидел старшего лейтенанта слева от себя у самой стены. Второго бойца метрах в пятнадцати дальше. Третьего солдата он не увидел, но знал, что он справа от него где-то впереди. Надо подойти ближе, чтобы прикрыть этого солдата.

Бросок вперед, и Коган упал на камни, быстро перекатился за кучу щебня, сразу вскочил на корточки и направил автомат вперед.

Ему показалось, что где-то посыпалась земля, а потом метнулась человеческая фигура, потом еще одна, и два тела, сцепившись, покатились по камням. Коган бросился вперед. Он увидел альпиниста, который боролся со здоровенным мужчиной в брезентовой куртке-ветровке. Внезапно над бойцом взметнулась рука с зажатой в ней финкой. Коган наотмашь ударил автоматом по этой руке, и финка отлетела в сторону, а диверсант вскрикнул от боли и мгновенно оказался сваленным лицом вниз и прижатым к камням. Коган отложил оружие и стал помогать связывать пленника. Тот стонал и скрипел зубами. Кажется, оперативник перестарался и сломал ему ударом автомата руку.

— Ковалев, взяли! — крикнул он пограничнику. — Проверь дальше!

Боец нагнулся к пленному и, встряхнув его за воротник, рявкнул:

— Сколько вас было? Кто еще там? Отвечай, зараза, пока не прибили прямо здесь!

— Никого нет, — прохрипел раненый. — Вдвоем мы были… рука…

Пока Ковалев с другим бойцом проверяли штольню, Коган помог вытащить пленного наружу.

Здесь ему наложили на сломанную руку шину и вторую привязали к туловищу. Диверсант стонал и морщился, а Коган уже строил в голове план допроса. Наконец пограничник появился, и они с солдатом бросили на камни два рюкзака и два ледоруба.

— Там еще взрывчатка в брикетах в ящике, — пояснил старший лейтенант. — Сейчас вынесем на свет божий.

Ящик оказался обычным деревянным из-под какого-то горного оборудования. Судя по следам на стенках, взрывчатки тут было раньше несколько больше.