Задача стояла двоякая: и помочь погасить бунт в колонии, и блокировать горы со стороны комбината и рудника. Группа Ковалева передала, что видит чужих альпинистов в районе Герхожана и старший лейтенант готов принять бой и не пропустить диверсантов к дамбе.

Колонна выехала к площадке комбината, и две машины двинулись к колючей проволоке ограждения и временного лагеря. «Виллис» и третья машина, натужно ревя двигателями, полезли вверх к месторождению. Шелестов встал в машине и, придерживаясь за лобовое стекло, стал смотреть на строительную площадку. Ничего там не горело, не взрывалось, стрельбы тоже слышно не было. Да и людей не очень много. Значит, почти всех заключенных загнали за колючую проволоку. Оставалось надеяться, что у Когана здесь все в порядке и под контролем.

Они успели вовремя. Со стороны входа в штольню по «Виллису» открыли огонь. И сразу две пули вдребезги разнесли лобовое стекло, и Буторин мгновенно нажал на тормоз и вывалился в сторону на камни. Шелестов тоже выпрыгнул из машины, успев заметить валун, который можно использовать как укрытие. Командир автоматчиков уже выкрикивал команды, треск ППШ слился с сухими очередями «шмайсеров».

— Виктор! — крикнул что есть силы Шелестов.

— Что? — отозвался голос Буторина. — Ты живой там?

— Живой! А ты как? Цел?

— Цел, — ответил Буторин, и вдруг его седая голова показалась из-под машины. — Наши орлы сейчас всех перебьют! Надо нам идти. Прикрой, Максим, я добегу до входа в штольню. Они там засели, а наши могут начать их гранатами выбивать…

Два разрыва подтвердили опасения Буторина, и Шелестов, сменив обойму в автомате, приготовился и сказал:

Шелестов высунулся и дал несколько очередей по заметным целям. Он не старался в кого-то попасть. Главное сейчас было огнем заставить врага укрыться, всего на несколько секунд, пока Виктор добежит до края скалы. Выпустив весь боезапас, Шелестов снова скрылся за валуном и поменял магазин. Выглянув из-за камня, он увидел, как Буторин машет ему рукой, а потом кладет ствол автомата на камень и куда-то стреляет. Несколько автоматчиков пробежали мимо. Шелестов вскочил и тут же упал. Черт, он не чувствовал левой ноги. Штанина выше сапога была вся в крови.

— Товарищ подполковник! — Двое автоматчиков присели возле Шелестова на корточки, а потом, решительно подхватив его под руки, потащили в сторону, под прикрытие камней.

— Что там, как обстановка? — спросил Шелестов и тут же заскрипел зубами, когда бойцы стали стаскивать с его ноги сапог, уже полный крови.

— Нормально. Их там человек восемь было, — рассказывал один боец, придерживающий его раненую ногу, второй изготовил жгут и стал перетягивать рану выше бедра, останавливая кровь.