Я тоже отхлебнула…

Да здесь прям проходной двор какой-то!

— Шел, ты что, заночевать тут решила?

— Я тебе сколько раз говорила — не смей называть меня Шел!

— И ни разу не объяснила почему.

— Звучит как собачья кличка.

— Извини, но эта причина кажется мне не слишком убедительной. Не возражаешь, если я предложу свою? — При свете факела лицо Вереса казалось даже сочувственным. Как и голос, хотя факел, ясное дело, был ни при чем. — Кто-то уже называл тебя Шел, верно?

Колдун, покачав головой, вручил мне факел и вернулся в замок.

Как приятно засыпать под шум дождя — когда крупные капли гулко стучат по черепице, то чаще, то реже шелестят по густой яблоневой листве, поникшей траве и мохнатым лопухам и, дробясь и сливаясь, осыпаются на вкусно пахнущую землю…

Как сладко дремать под мурлыканье прикорнувшей под боком кошки — теплой, трогательно насупившейся, старательно урчащей всем своим маленьким тельцем и ритмично перебирающей мягкими лапками…

Так вот, так же мерзко, противно и тягомотно ворочаться на кровати, то затыкая пальцами уши, то с тем же неутешительным результатом пряча голову под одеялом под громкий, раскатистый и гнусавый храп пьяного дракона!!!

А посему неудивительно, что через каких-то полчаса бывшие друзья и соратники Мрака с помятыми лицами и безумными глазами встретились над его ложем и начали строить злобные и коварные планы по прекращению оного безобразия.

Я, как сторонница радикальных мер, пришла со своей подушкой, но эту идею, хоть и с сожалением, отвергли.

Верес осторожно протянул руку и зажал дракону нос. Мрак сердито хлюпнул, открыл рот и захрапел еще громче. Колдун поспешно разжал пальцы, но дракону, видимо, понравился новый способ дыхания, ибо возвращаться к предыдущему шумовому уровню он и не подумал.

— Моя бабушка говорила: когда человеку снится что-то плохое, надо пощелкать зубами у него над ухом, — неуверенно припомнил Рест.

— Думаешь, тогда ему приснится что-то хорошее? — раздраженно буркнула я. — И с чего ты взял, что он страдает от кошмаров? Вон какая морда довольная…

Мрак как раз улыбнулся во сне и сладко почмокал губами, после чего возобновил неблагозвучные рулады.

— Я слышал, это и от храпа помогает, — оживился Верес. — А, Шел?

— Почему, как что-нибудь пакостное, так сразу я?!

— У тебя опыта больше.

— Ни за что. Иначе не удержусь от соблазна и откушу ему нос.

Колдун вздохнул, но, поскольку выбора не было, с оглядкой на меня (словно опасаясь, что я его раскритикую) склонился к драконьему уху и весьма пристойно для непрофессионала несколько раз клацнул челюстями.

Мрак прекратил храпеть. Мы с недоверчивой надеждой затаили дыхание. И, не открывая глаз, заорал. Потом открыл и заорал еще громче.

Верес поскорее отшатнулся и, потеряв равновесие, сел на пол.