Огоньки с сухим треском взорвались и погасли, а Верховная, покрытая копотью, злая как чёрт – и очень оного напоминающая, – уже сжимала в кулаках что-то чёрное, гибкое.

Я начала бочком продвигаться к выходу. Нечего мне здесь делать… Всё равно толку от меня… только рассказать потом о случившемся. Если ноги унесу. И добраться-то дверного проёма я добралась, а вот выскочить из зала не получилось – я врезалась в кого-то и оказалась в крепкой хватке. Но испугаться не успела.

А сводная тётка, с немыслимой скоростью оказавшись между двумя ведьмами, отчитывала Верховную, как нашкодившего подростка. Её голос, набрав невиданную мощь, звенел от ярости:

На этом животрепещущем моменте заклинатель попятился и вытянул меня в коридор.

– Рад, не убегай пока, – Бахтияр встревоженно огляделся и сжал мои плечи, повторив: – Не убегай. Марьяна не уверена, что силы в её крови хватит для выхода – как ключ она не инициирована, и тайник её не знает. Может, получится… разрулить. А ты подожди здесь. Но если услышишь «беги», то беги со всех ног, поняла? – добавил строго. – Ко второму фонарю, который ты зажгла во сне. Это дверь в парк.

Я понимающе кивнула.

Заклинатель отпустил меня, развернулся и скрылся в зале, откуда доносился гудящий гул злых голосов. К сожалению, малоразборчивых. Я прислушалась, напомнила себе, что от любопытства кошки дохнут и вообще оно никого до добра не доводит, и повторила это мантрой раз пять. И с этими замечательно полезными мыслями сунулась в зал, остановившись в арочном проёме. Плющ бдительно спустился на пол, замер, свернувшись змеиными кольцами за моей спиной, и, готовясь к будущему побегу, слабо засветился.

Бахтияр пока в дискуссии не вступал – он растворился в тени стены. И, наверно, правильно: три злые женщины, да ещё и ведьмы, его живьём сожрут, если вдруг что-то пойдёт не так.

Верховная вышла из себя и с досадой орала на Марьяну:

– Не всё можно делать достоянием общественности, – резко возражала сводная тетка. – Вы же не в курсе отбора и испытаний, которые мы с сёстрами проходили, чтобы научиться новому. Мама постоянно проверяла – готова ли, достойна ли, способна ли. И она делила между нами знания. И меня посвящала лишь в то, чем я точно смогу управлять. Сомневаюсь, что вы поступили бы подобным образом.

– А-а-а, то есть ты на стороне наблюдателей? – нехорошо ухмыльнулась Верховная. – Мрите, дуры, как мухи, вы слишком тупы и слабы, чтобы касаться знаний стародавних? Хорошего же ты о нас мнения! Зря я тебя так долго терпела!

– Ведьмы способны справиться с любой напастью и без запретных знаний, – Марьяна проигнорировала скрытое оскорбление.

– Неужели? – едко хмыкнула главная ведьма Круга.