Ни за что бы не поверила, что такой человек способен хладнокровно отправить на искусственные роды женщину, чтобы убить вполне здорового младенца. Интересно, сколько ему заплатил этот Николай? А может, Оксана ошиблась, и доктора в консультации зовут как-то иначе? Олег Игоревич производил самое приятное впечатление. Я, войдя в кабинет и обнаружив там такого врача, мигом бы прониклась к нему расположением.

– Дашенька, – продолжал улыбаться Олег Игоревич, – будь другом, возьми сама контейнеры, видишь, один сегодня тут пашу, Катюшка моя заболела.

– Конечно, конечно, только где?

– А вот толкни эту дверку, за ней комната с холодильником, оттуда и достань.

– Их там только два, – ответил Олег Игоревич и принялся быстро-быстро писать что-то в лежащей перед ним толстой истории болезни.

Я послушно пошлепала в указанном направлении. За дверкой и впрямь имелась небольшая комната с узким окном. Все, что в ней было, – это кушетка, прикрытая не слишком чистой простынкой, круглая белая табуретка и старенький, громко тарахтящий холодильник. Я распахнула рефрижератор и обнаружила в нем два термоса с синими крышками.

Вынув их, услышала, как стукнула дверь и раздался визгливый крик:

– Нетушки, так не пойдет! Лохануть меня решили?!

– Люба, – сердито сказал Олег Игоревич, – сейчас же замолчи.

– А ты мне рот не затыкай! – завопила грубиянка. – Ишь чего придумали! Ты что, полагал, я у ей не спрошу? Почему Вальке Колосковой тысячу долларов дали, а мне только пятьсот?

– Люба! Замолчи и выйди. Поговорим, когда прием закончится!

– Еще чего, чтобы я тут сидела? Нет уж, отдавай мои бабки. Ежели теперь по тысяче платят, то и мне столько выкладывай!

– Люба, – каменным голосом оповестил Олег Игоревич, – мы не одни!

– Чегой-то никого не вижу, кроме тараканов! – взвизгнула хулиганка.

 – Не боишься, что в милицию побегу, а? Так и знай, ты у меня со своей наукой гребаной в кармане сидишь. Только стукну, мигом повяжут. Давай пятьсот баксов!

– Дашенька, – заорал доктор, – что так долго?

Я быстро впихнула контейнеры назад и крикнула:

– Холодильник не могу открыть: дергаю, дергаю – и ничего.

– Там кнопочка посередине на ручке, нажать надо.

Через пару секунд я возникла в кабинете. Олег Игоревич по-прежнему сидел за столом. Напротив него стояла женщина со злым, раскрасневшимся лицом и с растрепанными, не слишком чистыми волосами. Я мигом узнала скандалистку. Та самая тетка, ухитряющаяся постоянно беременеть, наглая Люба Ракитина, чуть было не затеявшая вчера драку со мной возле кабинета. Увидав меня, бабища поджала губы.

– Иди, Дашенька, – нежно улыбнулся Олег Игоревич, – ступай к Оресту Львовичу, да смотри не урони ничего по дороге.