Её руки были очень слабыми. Она даже ложку удержать ими не могла. Поэтому я сам часто её кормил. Она сопела не довольно и отказывалась есть из моих рук. Я её уговаривал как дитя малое, она всё равно вредничала. Меня это достало.

— Короче, рот открыла или я тебе это силой запихаю.

Кристина посмотрела на меня и отвернулась. Дьявол. Повернул её лицо к себе. По щекам бежали слёзы. Да что б меня. Достал платок и вытер их ей.

— Извини, малыш. Нет, ну реально! Я тебя упрашиваю. Что за цирк и детский сад, вторая группа? Давай покушаем?

— Есть сиделка. Пусть она кормит.

— Обязательно.

Это когда меня рядом не будет, тогда она кормить тебя станет.

— Слушай, Степан. Что ты тут ошиваешься? Наследство хочешь моё заграбастать? А что, ты мой законный муж.

— Вспомнила что ли? Я в восторге. Вот только никакого наследства твоего мне не надо. Всё ребятишкам достанется. Андестен? Решили с вопросом? Теперь ротик открывай, будем кушать.

Накормил её. Потом носил в ванную, мыл и подмывал. А что мне? Я и маму так носил мыл. Кристина ругалась на меня, плакала, просила, что бы я исчез. Наконец, сказала, что ей стыдно. Я рассмеялся.

— Крис, я тебя голой сколько раз видел и не только видел.

Вон у нас два пацана растут.

— Это не твои дети! Так что можешь расслабиться.

— Расслабляться ты будешь, например на унитазе. Не надо мне лапшу на уши вешать. Пацаны мои. Я провёл тест ДНК. Так что сама отдыхай. Я их отец, поэтому имею полное право их пороть ремнём, когда подрастут.

Кристина смотрела на меня возмущённо.

— Что значит тест ДНК? Я тебе разрешала это делать?

— Да мне наплевать на твоё разрешение. Я такой же родитель, как и ты.

— Ну ты… — Дальше шла сплошная нецензурщина. Я её спокойно выслушал.

И потащил Кристину в ванную.

— Скажи, сколько ты ещё надо мной издеваться будешь? — Спросила она, когда я расположил её в джакузи и включил душ.

— Пока ты на ноги не встанешь.

— То есть, до самой моей смерти?

— Я никогда не встану на ноги, кретин!

— Врачи. А они лучше разбираются в этом, чем ты, придурок.

— Уверена? Я лично нет. Так давай ножку помоем. Теперь другую. Теперь промежность.

— Почему обязательно извращенец?

— Моешь калеке пи…ду. Тебе по кайфу?

— Во-первых не какой-то калеке, а больной жене. Это разные вещи. Во-вторых, мне не привыкать тебе там гладить, забыла наши развлечения? Я сейчас ещё зад тебе помою.

— Может ещё трахнешь меня туда? А что, тебе не привыкать.

— Обязательно трахну. Как только на ноги встанешь. Так что ждать тебе не долго осталось. Зад то не болит, Кристиночка?

— Не болит. У меня там вообще ничего не болит. Так что, подонок, можешь меня туда изнасиловать, даже без смазки.

— Не, без смазки нельзя. И насиловать я тебя не собираюсь. Сама отдашься, да ещё упрашивать будешь.

— Иди отсоси, идиот.

— И это ты сделаешь с удовольствием.