Канадец, зная, какая участь уготована ему в случае, если какое-нибудь чудо не вырвет его из рук врагов, спокойно мирился с предстоящими муками, уверенный, что рано или поздно ему не избежать этого, и потому, не все ли равно немного раньше или немного позже? Но он не мог без волнения думать что подобная участь ожидает и молодого графа, и потому все время строил всевозможные планы бегства или спасения хотя бы только его одного.

Нагарнукский вождь шел гордо и уверенно, как победитель, вызывающе глядя на своих врагов, и в своей экзальтации охотно запел бы сейчас свою предсмертную песню, чтобы показать этим подлым дундарупам, которых он презирал до глубины души, как умеют умирать воины его племени.

Главная гордость всех туземцев, глубоко презирающих жизнь, состоит в том, чтобы достойно умереть, и когда воина привязывают к столбу пыток, его малодушие ложится позором на все его племя, тогда как мужество и стойкость покрывают его новой славой и создают ему еще лучшую репутацию.

Поэтому стоицизм, с каким военнопленные переносят самые страшные мучения, граничит с невероятным. Известны случаи, когда такой страдалец в течение нескольких дней кряду смеялся и пел, в то время как женщины и дети беспрерывно поджаривали его тело горячими головнями, вырывали у него ногти, отрезали заостренными кремнями одну за другой все фаланги пальцев на руках и ногах.

А когда раненый готов был лишиться чувств от непомерной потери крови, его раны прижигали раскаленными докрасна камнями, так что мясо, шипя, запекалось и кровотечение останавливалось. Наконец, под вечер второго или третьего дня, смотря по желанию мучителей, но непременно в самый момент окончательного заката солнца, когда заканчивалась эта кровавая оргия и тело жертвы обычно представляло собой уже почти бесформенный, окровавленный торс, все еще сохраняющий остатки жизни, так как мучительницы время тщательно остерегаются повредить какой-нибудь из жизненно важных органов и тем самым причинить преждевременную смерть, несчастного добивали.

Не странно ли, что этот страшный обычай подвергать мучениям у столба пыток встречается почти у всех народов? Он еще и сейчас распространен среди некоторых племен американских краснокожих и в Австралии и исчезнет разве только вместе с последним аборигеном.

У туземцев Новой Гвинеи он также практикуется, равно как и у прежних полинезийцев. А в наше время китайцы, именующие европейцев варварами, подвергают своих пленных ужаснейшим пыткам.

КАНАДЕЦ ХОРОШО ЗНАЛ, ЧТО ЕГО ЖДЕТ, но уже давно примирился с этой участью. Он уже однажды был привязан к этому столбу у нирбоа и был обязан своей жизнью все тому же Виллиго, который подоспел как раз вовремя с сотней своих воинов.