У меня большие семейные проблемы, из-за которых я все время на нервах и совершенно не могу спать.

Лавиния наконец подняла голову, и Захар понял, что на этот раз она не притворяется. Ее губы побелели, лицо приобрело землисто-серый оттенок, а тушь растеклась по щекам.

Он тяжело вздохнул и отправился в примыкающую к кабинету ванную, чтобы смочить полотенце. Не к таким ассистенткам Захар привык за свою долгую карьеру. Обычно он работал с высококлассными профессионалами, способными в мгновение ока решить самую сложную проблему. Увы, он сам решил не брать в Мельбурн никого из своей команды, а значит, нужно было работать с тем, что есть под рукой.

Захар протянул Лавинии полотенце, которое она тут же прижала к лицу.

— Завтра мне будет лучше, обещаю.

Он едва разобрал ее слова, приглушенные махровой тканью.

— Возможно. Но сейчас вам нужно отдохнуть.

Захар проводил ее в зал для переговоров, которым сегодня не собирался пользоваться. В дальнем углу комнаты стоял широкий кожаный диван, на который Лавиния с облегчением опустилась. Ей стало немного лучше, но, как только ее сознание прояснилось, она поняла всю неловкость сложившейся ситуации.

— Мне очень жаль, что так получилось. Я все могу объяснить…

Захар подошел к окну и опустил жалюзи. Когда он обернулся к Лавинии, она уже крепко спала. Поразмыслив, он снял пиджак, укутал им ее хрупкие плечи и вышел, беззвучно прикрыв за собой дверь.

Вернувшись в кабинет, он позвонил администратору и приказал прислать кого-нибудь на замену Лавинии до конца дня, а сам продолжил опрашивать сотрудников. Выводы, которые он сделал из этих бесед, были неутешительными. Дом Коловски действительно трещал по швам, причем задолго до его разрушительного вмешательства в дела компании.

За свою жизнь Захар провел тысячи собеседований и умел с доброжелательным терпением выслушивать любые напыщенные тирады, исполненные самолюбования и мимоходом поливающие грязью коллег. В частности, девушку, спавшую в соседнем кабинете. Все, как один, твердили, что Лавиния постоянно крутилась рядом с начальством и, как пить дать, спала и с Алексеем, и с Левандером. Думая об этом, Захар испытывал странную досаду. Оказалось, ему неприятно осознавать, что свои очаровательные улыбки Лавиния дарила не только ему.

В один из перерывов Захар зашел проведать свою ассистентку и невольно засмотрелся на нее. Во сне красивое лицо Лавинии расслабилось. Без косметики она казалась совсем юной и невинной.

Хотя последнее определение, судя по всему, было к ней неприменимо.

Ведомый любопытством и странной тревогой, Захар взял ее личное дело и углубился в чтение. В целом Лавиния была неплохим сотрудником, но несколько раз на нее поступали жалобы от коллег, в том числе и от Кейт.