Серия «Столичный доктор» — это увлекательное путешествие в царскую Россию, где главный герой, молодой и талантливый врач, оказывается в центре захватывающих событий. Наш роман не просто история о медицине и спасении жизней. Это глубокое и эмоциональное повествование о любви, дружбе, верности и самоотверженности.

Алексей Вязовский, Сергей Линник

Нет ничего глупее подобного вопроса от доктора с тридцатилетним стажем. Я опустился возле трупа, потрогал сонную артерию. Мертвее не бывает. Лицо глядит в обратную сторону — пока я раздумывал, идти ли за шиной, Жиган не долго думая, сломал раненому налетчику — тому, мелкому — шею. Добил. Я посмотрел на руки хитрованца. Такими пальцами можно подковы гнуть. Не то, что позвоночник в шейном отделе сломать.

— Отошел, стало быть. Отмучился, сердешный, — вздохнул здоровяк, перекрестился. — Упокой душу, раба Божьего.

Как там было у Ильфа и Петрова? Маленький человек гикается. Преставлются старушки. Которые небольшие — Богу душу отдают. Высокие, но худые мужчины вроде бы в ящик играют. Представительные купцы приказывают долго жить. А преступники? Ноги протягивают? Вот хоть убей не помню.

— Сам «отошел»? — я растерялся, зачем-то полез ко второму налетчику. Огромному, бородатому. Что-то он совсем затих. Ох, ты… Тоже труп. Этому проломил носовые перегородки уже я. Да так сильно, что они вошли в мозг и привели, как любят писать в полицейских протоколах к «травмам, несовместимым с жизнью». Из носа тоже натекло.

— Ну помог чутка, — равнодушно пожал плечами Жиган. — Ежели бы вы его вытащили с того света, то началось бы — следователь, прокурор, присяжные… Надобно нам такого?

Хитрованец сам себе ответил:

— Нам такого не надобно. Стало быть, в реку, к ракам. Только тяжелое надо что-то привязать. Я тама видел у вас гири для упражнений. Можно ли взять?

Ничуть меня не смущаясь, Жиган начал складывать тела рядом друг с другом, руки на груди. Покопавшись в карманах, достал моток веревки.

— Без бечевки и ножика я никуда.

— Ага, и без спичек.

Стою тут соляным столбом, генерю электричество в промышленных масштабах. Я опять сказал «Чок», вошел в транс. Время замедлилось, потекло медленно-медленно. Жиган что-то напевал себе под нос, тоже очень тягучее. Ага, «Лучину» выводит. Причем талантливо так…

Я сделал глубокий вдох и по чуть-чуть выпустил воздух обратно. Помогло. В голове наступила полная ясность. Нет, нельзя мне сейчас быть замешанным в убийстве хитровцев. Никак нельзя. Лиза просто не поймет. А кто поймет?

Например, Вика. Сто процентов бросится спасать и сама замажется в этой грязной истории. А вот врачебное сообщество точно отвернется — что московские, что питерские чистоплюи руки потом не подадут. Жиган прав.