Ох уж эти гирлянды. И ковер. Вроде бы в этой мрачной, серой квартире произошли совсем небольшие изменения, но они оказывали на меня очень странное влияние.

Последние десять дней я изо всех сил пытался поддерживать с Зельдой дружеские отношения. Доброжелательно и профессионально вести себя во время работы над романом. И не позволять себе ничего лишнего.

И все же впервые за долгое время я позволил себе надеяться. Надеяться на многое. Может быть, нам с Зельдой удастся возвести нечто прекрасное на фундаменте, который она успела заложить. Может быть, этот роман станет популярным и принесет хорошие деньги.

Есть шанс, что тогда моя жизнь пойдет иначе.

Раньше, думая о будущем, я представлял бесконечную череду дней, в течение которых я разъезжаю по Нью-Йорку на своем велике. Думал, что буду работать курьером, пока не состарюсь или не получу травму. Возможно, Зельда меняла мою судьбу. Она уже успела стать моим творческим партнером – раньше я даже представить не мог, что в моей жизни случится нечто такое.

Я смотрел на нее, сидевшую под гирляндой из мигающих огоньков. Раньше я даже представить не мог, что в моей жизни случится она.

Я откинул синее одеяло и поднялся с матраса.

Зельда обернулась и бросила на меня свой коронный саркастичный взгляд, который я успел полюбить.

– Ну как? Было жутко неудобно, да? А все потому, что ты слишком высокий.

Я поборол желание растереть затекшую поясницу и одарил ее невинной улыбкой.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Она прищурилась и посмотрела на меня сквозь эти чертовы очки, а потом фыркнула и вернулась к работе.

– Как ты смотришь насчет того, чтобы сегодня поработать над романом?

– У тебя выходной, – проговорила Зельда, не поднимая взгляда.

– А значит, у нас будет много времени для работы.

Она покрутила в пальцах ручку и наконец обернулась ко мне.

– Я хочу погулять, – сказала она. – Увидеть Манхэттен. Я живу здесь уже несколько недель, а видела только наши с тобой рестораны и торговый центр.

– Многие душу готовы продать, чтобы увидеть «Атлантик терминал», – сказал я. – Ты даже не представляешь, как тебе повезло.

– Не сомневаюсь, что это восьмое чудо света. Но я говорила серьезно. Работа над романом идет хорошо.

Давай сегодня отдохнем от него и сходим погулять.

Я прислонился к кухонному столику, на мгновение задумавшись. Мой взгляд упал на маленькую рождественскую елку, стоявшую на столе.

Поезда метро на линии N, направлявшиеся к Манхэттену, были забиты мамочками с колясками и желающими закупиться рождественскими подарками. На Геральд-сквер мы сделали пересадку на линию F и вышли из метро на 47-й улице.

– Рокфеллер-плаза? – спросила Зельда.

Ее серая шапочка была натянута на уши.