– Это бред, – произнесла я спустя пару секунд, скрестив руки на груди. – Тебе будет еще неудобнее, потому что ты до черта высокий. А я маленькая. Я хорошо помещаюсь на матрасе. Нет никаких проблем.

– Мне это не нравится, – настаивал Бекетт. – Я не могу продолжать спать в кровати, пока ты спишь на полу. Мне плевать на то, что ты маленькая, а я высокий. Ты займешь кровать.

– Кто это тут сегодня раскомандовался?

– Быстро ложись в мою чертову кровать, Зельда!

Его слова зависли в воздухе между нами, и мы оба застыли. Мои щеки загорелись, а над головой возникла воображаемая выноска в форме облачка.

Текста в ней не было.

Бекетт провел пальцами по волосам.

– Черт, я имел в виду… Ты понимаешь, что я пытался сказать.

Я обхватила себя руками и вытянула подбородок вперед.

– Да, я знаю, что ты пытался сказать, но мне не нужна твоя жалость.

Он раздраженно застонал, а потом положил руки на бедра и тяжело выдохнул.

– Пожалуйста, Зельда, – попросил он. – Просто согласись. Ради меня. Ради моего спокойствия.

– Не понимаю, что на тебя нашло, – сказала я. – Ладно. Но только на одну ночь.

– Нет. Давай… Не знаю. Будем меняться.

Ты будешь спать на матрасе через ночь. Узурпировать твою кровать навсегда я не стану.

Мы уставились друг на друга.

– Соглашайся, Бекетт, или я лягу спать на гребаный пол.

– Ладно, – после небольшого молчания буркнул он и залез на матрас.

Ноги Бекетта свисали с края, и он попытался скрыть это от меня с помощью синего одеяла.

– А я тебе говорила, – произнесла я. – Ты слишком высокий.

Он натянул одеяло себе на голову.

– Я уже понял, что у тебя предрассудки по отношению к высоким людям.

Я молча уставилась на него, не зная, смеяться мне или ругаться.

Я ничего не соображала, чувствуя, как рушатся стены и заграждения, которые я много лет назад выстроила вокруг своего сердца. Мое сознание металось в попытках хоть как-то скрепить обломки между собой.

Я медленно двинулась в сторону кровати Бекетта. Легла на нее и натянула одеяло до подбородка.

Подушка, одеяло и простыня были пропитаны запахом Бекетта – таким свежим и таким мужским. Смесью ароматов одеколона, мыла, крема после бритья и его кожи. С каждым вдохом я вбирала его в себя.

– Ну что, доволен? – спросила я.

– Я всегда радуюсь, когда добиваюсь своего, – отозвался он.

Мне пришлось закусить щеку, чтобы не рассмеяться. А в следующее мгновение я уже засыпала, со всех сторон окруженная вещами, носившими на себе след Бекетта.

Когда я проснулся, в воздухе витал запах кофе. Зельда сидела за столом, сгорбившись над работой и подтянув одно колено к подбородку. Волосы были завязаны в пучок, на носу очки, несколько слоев одежды на хрупкой фигурке. Радиатор у ее ног тихонько хрипел и пощелкивал. Гирлянды горели, разгоняя серый полумрак зимнего утра.