— Мои слова могли бы ранить вас, — с сожалением в голосе сказала девушка.

— Ерунда. У каждого первого, кто видит меня на улице, над головой словно табло с бегущей строкой «гайдзин».

— Сейчас не принято говорить такое слово.

В ответ я просто хмыкнул.

Неожиданно от откровенности девушки моё настроение улучшилось, и я стал с ещё большим энтузиазмом промывать фильтр, чтобы насыпать молотого кофе.

Есико сидела в напряженной позе, готовая по моему мужицкому окрику занять «своё место на кухне»

— Что касается подчинения женщине, Ямасаки-сан. У нас в истории был период, когда у власти стояла императрица.

Более того, она была чужестранка, женщина-гайдзин, Екатерина Великая. И вот мы, мужики, ей подчинялись. И ничего, не переломились. Она основала по меньшей мере сто русских городов, под её началом мы раздали люлей османам, отжали Крым, дали чертей полякам, шведам и персам.

— Я думала, ваша история это балы, дуэли и крестьянский труд. Так написано у Достоевского и Толстого.

— Кхе. Ну, не всё так просто. Однако ваши слова, Ямасаки-сан, натолкнули меня на любопытную мысль.

— Про отношения мужчин и женщин, про местных и гайдзинов.

Я решил, что не буду строить из себя японца.

— Вы и так не строите из себя японца, Каратоси-сан, — Есико рассмеялась, — Вы самый неяпонец из всех неяпонцев, какие мне встречались.

Первая чашка кофе наполнилась, и я передал ее девушке.

— Вот и я о том же. Быть гайдзином — это моя сильная сторона, мое, так сказать, конкурентное преимущество.

— О, да, — радостно закивала Есико, — Можно хорошо заработать в модельном бизнесе, сниматься в рекламе, даже попробовать себя в шоубизнесе!

— Уважаемая Ямасаки-сан, я определённо не собираюсь в модельный бизнес.

Ни в какой форме.

Мы пили кофе и болтали о гайдзинах в шоу-бизнесе. Есико заверяла меня, что станет первой фанаткой моих шоу. Я вежливо отказывался. Она смеялась и пыталась настаивать.

— Раз вы так настырны, Ямасаки-сан, то я собираюсь сделать вам предложение на глазах у зрителей, собравшихся в нашей студии и смотрящих наше шоу с телеэкрана, — загадочно произнёс я, подражая шоумену.

— Какое предложение? — Есико перестала смеяться и смущенно зарделась.

— Это будет истинно гайдзинское предложение, способное повергнуть в шок любую японскую девушку.

— Вы меня заинтриговали, Каратоси-сан.

— Я предлагаю выпить на брудершафт. После этого мы должны называть друг друга не по фамилиям, а по именам. Вы для меня отныне будете Есико-сан, а я для вас Максим-сан.

— Я согласна, Масима-сан. Давайте выпьем ваш брудершафт.

— Брудершафт — это не напиток. Этот особый способ пития. А пить можно, что угодно, даже кофе.

Я показал, как нужно скрестить руки с напитком, и мы выпили на брудершафт. А затем еще скрепили новый статус взаимоотношений рукопожатием.