А еще надо успеть забежать домой.

— Букацу? Это типа спортивная секция?

— Не все букацу спортивные, — возразила Есико, — В нашем букацу мы занимаемся танцами.

— Мы исполняем мифологические танцы екаев, — с гордостью добавила Есико, — Если хотите, можете пойти посмотреть. У нас сегодня будет выступление.

Национальные японские танцы меня лично не интересуют от слова совсем. Но мне нужно себя как-то занять этим вечером. Сидеть в четырех стенах не хочется.

— С удовольствием приму ваше предложение. Показывайте ваши мифологические танцы.

Дом Есико в самом деле оказался в трех минутах ходьбы от моего нового жилья. Я не стал подниматься вместе с ней и дождался у подъезда на улице. Она в самом деле «забежала домой» ровно на минуту, чтобы захватить уже собранную спортивную сумку.

— Куда теперь, Ямасаки-сан? Снова поедем на автобусе?

— Никуда ехать не надо. Наш букацу рядом. За десять минут дойдем.

И снова Есико не обманула. Через десять минут мы подходили к небольшому одноэтажному зданию, похожему на спортзал, пристроенный к какому-то учебному корпусу. Внутри уже собралась молодёжь. Десятка два человек, в основном девушек. Молодых людей я насчитал всего четверых, включая себя. Мне уже начинает нравиться это место.

Приведя в букацу настоящего гайдзина, Есико вызвала в компании оживление и даже легкий фурор. Если б я привел в питерскую общагу японца, он бы такого всеобщего внимания точно не удостоился. Впрочем, к этим девчачьим чрезмерным эмоциональным реакциям на фоне общей японской сдержанности я уже почти привык.

Помещение в самом деле оказалось спортивным залом, но по прямому назначению этот зал видимо не используется. Баскетбольные щиты завешены декорациями, а половина площадки застелена циновками, на которых расселись зрители в ожидании выступления.

Меня Есико тоже усадила на свободную циновку, а сама убежала в раздевалку. Пока я ждал, пара девушек побойчее попросили разрешения сделать со мной селфи. Я не стал отказываться. В мире информационных технологий бессмысленно прятаться. Прятаться надо в тайге с медведями, а не в Киото, где твоя рожа попадает на камеры на каждом шагу.

Девушки с удовольствием подсели ко мне с двух сторон и сделали несколько снимков. Сами они увлеченно кривлялись перед камерами, а я для контраста скроил морду кирпичом, дабы не ронять устоявшееся в японском обществе реноме, что русские люди мрачные, неулыбчивые, суровые, пьющие водку из горлышка в обнимку с медведями.

Клеиться ко мне и даже просто знакомиться девушки намерения не имели. Получив «сенсационные» кадры, они тут же разместили фото со мной на своих страницах в соцсетях и углубились в переписку с подписчиками, сочиняя про меня какие-то небылицы. Девушки не подозревали, что я умею читать иероглифы.