Стояла та сумеречная пора, когда Санкт-Петербург выглядит городом-призраком. Городом-наваждением. Он открывает темные провалы подворотен и желтые клоаки подъездов. Было холодно, сухо и пустынно. Редкие в этом каменно-асфальтовом мешке деревья стояли уже совершенно голые. Профи не спешил.

— За десять минут до начала охрана проведет последний обход, — сказал Сафонов. — Потом твое время. Если что-то не так…

— Постарайся, чтобы все было так, — перебил Профи.

— Если что-то не так, — ответил Сафонов с нажимом, — я прикажу «для проверки» включить лазерную подсветку.

Подсветка не работала. Острые лазерные кинжалы дремали в своих ножнах. Подняв воротник куртки, Профи прошел мимо ярко освещенного фасада отеля «Париж». По улице парами прогуливались секьюрити с переговорниками в руках. Одного Профи знал. Напротив въезда во внутренний дворик стоял «Форд» с ментов-скими номерами. За тонированными стеклами ощущались внимательные глаза. Прихрамывая, Профи дошел до следующего дома и свернул за угол. Дом № 16 примыкал к боковой стене отеля. Более того — оба здания имели общий подвал. Во дворе он быстро нашел три ведущие вниз ступени и металлическую дверь с надписью «Бомбоубежище».

Профи осмотрелся — никого — и отмычкой открыл висячий замок. С минуту он постоял неподвижно, прислушиваясь и давая глазам привыкнуть к темноте. Журчала в трубах вода, пахло кошками. Он двинулся по темному проходу налево. В темени иногда ощущались еще более темные провалы — боковые ответвления. «Прямо, — говорил Сафонов, — никуда не сворачивай и упрешься. Замок висячий — справишься. А с внутренней стороны будет открыто. Это моя забота».

Замка вообще не оказалось. Он беспрепятственно открыл дверь — заскрипели петли. Профи матюгнулся в адрес Сафонова, осторожно закрыл дверь. Он находился уже под отелем. «В чреве Парижа», — усмехнулся Профи и включил фонарик. Осталось шесть минут. Он пошел по узкому ходу. В этот момент от Бегемота его отделяло только перекрытие пола. Вперед!

Шахту внутри стены отеля обнаружили строители во время реставрации. На сохранившихся чертежах она отсутствовала. И вообще была заложена кирпичом. Сама шахта — узкий колодец сечением пятьдесят на шестьдесят сантиметров — относилась явно ко времени постройки.

А кирпичная кладка, заполнившая выход в стене третьего этажа, гораздо более позднего времени. Внутри лаза были забиты скобы, образовавшие лестницу. Первоначальное предположение о том, что шахта является частью системы вентиляции или дымоходом, не подтвердилось. Она начиналась в подвале на высоте человеческого роста, а наверху аппендикс упирался в старинные дубовые балки перекрытия.

— Тайны подземелья, — усмехнулся тогда Сафонов.