Она позвонила нам и сообщила, что Лайонел — постоянный клиент и что из всех девушек он предпочитает исключительно Кэнди. Он регулярно наведывался в салон на протяжении полугода. Мы пару раз брали в оборот и Кэнди, но она понятия ни о чем не имела.

— Как по-вашему, сумею ли я что-нибудь из нее вытрясти, учитывая, что вам это так и не удалось? — полюбопытствовал Винс.

— Да ей и сказать-то нечего. Толку с нее — как с козла молока. Но попытайтесь. Как знать.

— Вы на нее не давили, как водится?

— Да нет, не было резона. С убийством ее ничего не связывало.

— А у нее было алиби на ту ночь, когда произошло убийство?

— Было, причем железное, как ни крути.

Сперва она была в своем салоне, а после на какой-то вечеринке. С полдюжины свидетелей это подтверждают. Алиби вполне надежное, но, как это будет выглядеть в суде, сказать трудно, а ручаться — тем более.

— Адрес ее у вас есть?

— Теперешний? — спросил Винс сурово.

Эвелинг кивнул. Он вытащил из внутреннего кармана куртки маленькую записную книжку в твердом переплете и пролистал странички:

— Запомните: Везерлиз, дом 16. Это в Сандвиче. Сидит там тихо.

К телефону не подходит. У приятеля, я полагаю. Хотя не уверен.

Винс переписал адрес в свой ежедневник. Он затратил на ее поиски столько сил, что поездка в Сандвич казалась сущим пустяком.

— А что вам известно о Вики Браун?

— Это которая мадам?

— Ее мы тоже допрашивали. Она целыми днями сидит у себя наверху, стегая кнутами местных любителей и ставя им клизмы. Она ничего не знает, ее интересуют только деньги.

— Получается, — сказал Винс, — массажный салон здесь ни при чем? Не имеет к происшествию никакого отношения?

— Я, по крайней мере, связи не улавливаю.

Еще выпить хотите?

— За эту плачу я, — сказал Винс, — вам то же самое?

В какой-то момент Винс подумал, что между массажным салоном и убийством есть связь, потом счел, что нет. Но что-то удерживало его от скоропалительных выводов. Надо бы сначала все проверить.

Когда Винс принес спиртное, Эвелинг решал кроссворд. Увидев Винса, он смутился и сказал:

— Не сумел устоять. Очень уж люблю кроссворды. Заставляют мозги работать.

Да уж, подумал Винс, поручусь, что ты играешь и в «скраббл».

Винс протянул Эвелингу его пиво и сказал:

— А все-таки насчет салона.

Чем Лайонел там занимался?

— Вы имеете в виду секс? — спросил Эвелинг.

А что же еще, подумал Винс и кивнул.

— Самый заурядный способ, — сказал Эвелинг. — Так, по крайней мере, поведала мне мисс Грин. Ручная дрочка. Вот и все. Ни тебе обжиманий, ничего такого. Лайонел, как я понимаю, был субъект зажатый.

Винс подозревал, что так оно и есть. Над Лайонелом тяжким грузом довлела многовековая еврейская традиция, характерная для выходцев из Центральной Европы.