Только несколько духов приняли форму воронов и разлетелись по округе — выглядывать, что да как.

Я замотала ранку и прошлась немного, разминая ноги. Издалека потянулись тени, еще более темные, чем окружающая нас ночь. Я различила человеческие голоса, и, немного погодя, людей, причем некоторых из них уже знала. Придворные эгуи прибыли на даймонах, без карет! И казались они точно такими же утомленными, как и мы. Это были стражи и некоторые из советников из дворца; у всех были черные глаза, все использовали Потоки. Я тоже использовала Поток, иначе бы не смогла видеть в темноте.

Судя по всему, у нас ва-а-ажная операция по поимке какого-то преступника. Но какого черта в ней участвую я? Снова меня будут использовать неведомо каким магическим образом? Я заглушила злость, все равно в ней нет толка.

Эгуи окружили нас; все были взволнованы и собраны. Вперед вышел эгуи — новый Верховный страж — поклонился и доложил:

— Указания выполнены, Ваше Величество.

— Да. Чувствует что-то; охрану усилил, чары плотные — не подобраться. Но в непогоду ему обычно нездоровится и чувствует он себя препаршиво.

— Правильное зеркало, надеюсь? Из дворца?

— Да, все, как вы велели!

— Войдете, как падут чары, не ранее, без шума и возни.

Возьмете всех, и три, и эгуи, каждого изолируйте. Даймонов не упустите.

— Будет сделано, Ваше Величество!

Несколько человек поднесли зеркало, затянутое в плотный чехол, стянули его, зеркало поставили прямо в грязь. Кто-то из стражей принялся спешно протирать поверхность, но толку было мало: все равно поверхность зеркала казалась заляпанной и мутной.

Дедрик протянул руку и коснулся рамы зеркала. Лицо его стало задумчивым.

— Войти мы сможем… но будет ли нам, куда выйти?

— Он бы не стал уничтожать все зеркала, Ваше Величество, — уверенно заявил Верховный страж и, выдержав небольшую паузу, совсем не уверенно продолжил: — Вы, несомненно, сможете застать его врасплох, но это огромный риск.

Позвольте мне рискнуть, Ваше Величество. Это мой долг.

Дедрик обратил на мужчину такой ледяной взгляд, что Верховный закрыл рот и пожалел, что вообще подал голос.

Король же повернулся ко мне и требовательно протянул руку. Мне нечему было удивляться: конечно же, куда бы он ни собрался, мне придется идти вместе с ним.

Сжав мою руку, король другой, свободной рукой, коснулся поверхности зеркала. Та пошла рябью, заволновалась; рука мужчины утонула в зеркале, а немного погодя зеркало поглотило и всего короля, и меня вместе с ним.

В зазеркалье я уже бывала, мне там не понравилось. Да и что может понравиться в месте, где холодно, темно и пусто? Тем более что эти пустота-холод-темнота лишь декорации, выстраиваемые воображением. Дедрик не один год пробыл в зазеркалье, поэтому его ничего не смутило.