Кажется, душу готов заложить, есть не могу, спать… Но талант – он или есть, или его нет.

– Это как сделка с дьяволом, в обмен на жизнь… – повторила Дайнека слова Джамиля. – Ты выбрал жизнь. Может быть, ты прав.

Однако вспоминая рваные кусищи гранита и необузданную глиняную пачкотню, она подумала, что это был именно тот путь, который мог увенчаться шедевром. Но Лехе говорить о своих мыслях не стала, а взяла в руки пачку сигарет, покрутила и отложила в сторону.

– Как Нина? – прозвучал наконец вопрос, который она ждала.

Леха смотрел на Дайнеку, пытаясь угадать, правда это или жестокая шутка.

Потом уточнил:

Больше Леха ни о чем не спрашивал. Лицо его постепенно бледнело, пока не сделалось совсем белым. Застыв, он смотрел на стол, не в силах отвести от него взгляд.

– Я пойду, – привстала Дайнека.

– Подожди, посиди еще немного… Как это случилось?

– Никто не знает. Я нашла ее поздно вечером в квартире. Она была… В общем, все было кончено.

– Неизвестно. – Дайнека вздохнула и спросила: – Скажи, почему вы расстались?

– К чему это теперь?

– Мне нужно знать, как Нина жила последние полгода.

– Ну, если ты хочешь знать… Она бросила меня.

– Я тоже хотел бы знать почему.

– Аэлита Витальевна сказала, что Нина встречалась с твоим другом после того, как вы…

– Понимаю, – согласилась Дайнека. – Но познакомил их ты?

– Она бросила меня. А потом и его, насколько знаю.

Леха зло усмехнулся, вытащил из пачки сигарету, но не закурил, а нервно переломил ее.

– Он помог ей найти работу где-то на Павелецкой. Не понял, дурак, что Нина использовала его. Так же, как и меня.

– Замолчи! – неожиданно для себя выкрикнула Дайнека.

Но Леху уже понесло:

– Брось! Сама про нее все знаешь.

Подруга… Давай разберемся, что же мне еще думать? Я многое могу понять, не вчера родился и сам… не образец. Даже измену готов простить. Но только не подлость. Слышишь? И не нужно мне тут…

Казалось, Дайнека получила ответ на вопрос, с которым пришла к Лехе. Только теперь не знала, вычеркнуть или оставить в блокноте его имя.

– Девушка, чего вы копаетесь? – Женский голос раздраженно клокотал.

– Простите, я быстро…

Дайнека выкидывала продукты из металлической сетки. Перед кассиршей выстраивались бутылочки йогурта, пачка хлебцев, пакет молока и упаковка вареников.

Спина дымилась от раскаленного взгляда сердитой тетки, а ей никак не удавалось найти нужную сотню. Подхватив выпавший из рук и закувыркавшийся на лету кошелек, Дайнека наконец расплатилась. С большим облегчением проскочила мимо охранника и вышла из магазина.

«Стекляшка» недружелюбно захлопнула за ней дверь. Отношения с супермаркетом не складывались.

Магазин был до крайности неудобным. Разделенные узкими проходами, повсюду громоздились стойки, забитые продуктами и другими товарами.