Вождь ворчал, морщился, но согласился-таки с доводами «Василия».

Видать, зауважал-таки младшенького, знал, что не зазря тот Героя получил.

Вообще, Иосиф Виссарионович малость изменился.

Нет, характер как был жестким, так и остался.

Но вступил в силу не бытовавший ранее фактор: к отцу вернулся старший сын, а младший повзрослел и возмужал, совсем другим человеком стал…

Сталин, великий одиночка, впервые смог на кого-то положиться, кому-то довериться… Опереться.

…Быков потянулся и осторожно встал. Галя еще спала.

Григорий на цыпочках прошел на кухню, поставил греться чайник.

Умылся, побрился, оделся. Приготовил незамысловатую еду – намазал хлеб маслом да приложил сверху пластик брынзы (купил по случаю на базаре). И умял с чаем.

Полазал по буфету и прочим сусекам, понял, что оставляет «семеечку» без припасов, и решил сходить в коммерческий – «вкусненького» прикупить, благо, денежки водились.

А то сегодня вечером кончается его «инспекция», пора ему на фронт, а малышню чем кормить?

Вернувшись с полной торбой, Быков застал дома одних детей.

– А мама где? – спросил он, вытаскивая булки, колбасу и прочие радости желудка.

– А мама в магазин посла! – доложил Саша.

Надя важно кивнула: подтверждаю, мол.

– Ага, – озадачился Григорий. – Ладно, подождем. Чай будете?

Ни через десять, ни через двадцать минут Галина не появилась, и Быков поневоле стал беспокоиться.

И тут зазвонил телефон.

Поспешно пройдя в прихожую, Григорий подхватил трубку телефона.

– Василий Иосифович? – послышался веселый голос.

– Слушай, слушай! – глумливо сказал весельчак. – Твоя Галя у нас. Понял? Хочешь, чтобы она осталась жива и здорова – приезжай. Обменяем, хо-хо… Только чтобы никаких звонков и прочих сюрпризов, понял? Узнаем если – хана твоей девке! Запоминай адрес!

Крепко сцепив зубы, Быков выслушал, куда его заманивают, и процедил:

Положив трубку, он подумал секунду и позвонил Джугашвили.

– Я. Что-то случилось?

– Присмотри за детьми, ладно? Саша тебе откроет.

Нажав на рычажок, Григорий выдохнул.

– Сашенька, иди сюда.

Присев на корточки, Быков поставил мальчика перед собой и сказал:

– Я должен уйти за мамой. Сейчас придет дядя Яша, впустишь его. Хорошо?

– Холосо! – кивнул «Александр Васильевич».

– Только больше никому не открывай! Понял?

Потрепав Сашу по голове, Григорий проверил «Астру» и покинул квартиру.

Спустившись в метро, он доехал до станции «Завод имени Сталина», где и вышел.

Пролетарский район столицы. Окраина.

Оставляя в стороне многоэтажки Амовского поселка, Быков добрался до улицы с идиотским названием Ленинская слобода.