— Итс вери бьютифал! — сообщила общительная дочь Севера, окинув широким жестом все окружающее ее великолепие.

— Yes, — сдержанно подтвердил Дмитрий Алексеевич, настороженно оглядываясь по сторонам.

В соседнем зале появились двое сотрудников службы безопасности, пробирающихся между галдящими туристами, внимательно просеивая их взглядом.

Маша широко улыбнулась финке и жизнерадостно воскликнула:

— Do you want to exchange? Хотите меняться? Souvenir!

— Чендж? O’кей! — Финка явно обрадовалась проявленному к ней вниманию. Маша сняла со своей шеи шелковый платок, протянула его финке и в обмен стащила с ее головы панаму, тотчас нахлобучив ее на голову своему спутнику.

Критически оглядев Старыгина, сняла с ближайшего финна черные очки и надела на реставратора. Финн удивленно оглянулся, но его соотечественница засияла, указав на Дмитрия Алексеевича:

Один из охранников вошел в зал, скользнул взглядом по толпе туристов. Старыгин повернулся к нему спиной и сделал вид, что разглядывает лепнину потолка. Секьюрити что-то вполголоса проговорил в переговорное устройство и пошел дальше. Маша облегченно перевела дыхание.

— И что мы теперь будем делать? — прошептал Старыгин, отстранившись от разрезвившейся финки. — Все равно они меня найдут, рано или поздно… а вы вообще зря впутались в эту историю! Пока не поздно, отправляйтесь домой! Вы здесь совершенно ни при чем!

— Ну уж нет! — Маша придала своему лицу лихой и независимый вид. — Вы не забыли, что обещали мне эксклюзивное интервью? А ради такого материала я готова хоть к черту в пасть!

— Интервью! — передразнил ее Дмитрий Алексеевич. — Похоже, в ближайшее время единственным интервью, которое мне придется давать, будет протокол допроса! Легов не человек, а бультерьер! Если он в кого вцепится, то уж зубов не разожмет, особенно после того, что вы… что мы с ним сделали.

— Значит, единственный выход: найти настоящего похитителя и пропавшую картину. Тогда вы будете полностью освобождены от всяких подозрений, а я получу великолепный материал! Единственная беда — мы не имеем ни малейшего представления, где ее искать…

— Вот в этом вы не совсем правы, — задумчиво проговорил Старыгин. — Кое-какие наводки у меня есть…

Он вкратце рассказал Маше о разговоре с итальянским коллегой и о надписи, найденной на полях старинного издания трактатов Леонардо.

О надписи, утверждающей, что картина находится в римских катакомбах. Маша выслушала его, широко раскрыв глаза, и выпалила:

— Значит, нужно ехать в Рим! Мы найдем картину, вы освободитесь от обвинений, да еще и прославитесь, а я…

— Помню, помню! Вы получите потрясающий материал! Единственная проблема — как попасть в Италию. Легов наверняка примет все меры, чтобы меня не выпустили…

— Не успеет.