— Но ты же каждое утро ее ела? Мне Зана говорила.

На что Мия пожимает плечами и просто добивает:

— Ты сам рассказывал, что твои родители тебя ей кормили очень часто, и она полезна для ребенка, а твоя помощница поддакивала. А раз надо…

Не договаривает, но мне это и ненужно…

Дьявол!

Я же еще много чего болтал…

— А сейчас, когда эта несъедобная отрава была в твоей тарелке, почему ничего не сказала? — прищуриваюсь хмуро, начиная подозревать масштабы трагедии.

— Ты же старался для меня, и я…

… не хотела обижать.

Заканчиваю фразу самостоятельно.

— Всё настолько ужасно? — приподнимаю брови и запускаю руки, взлохмачивая волосы. — У нас же есть еще попытки?

Ответа жду, как приговора.

— Конечно, — звучит уверенно. — Всё будет хорошо.

Моя сильная слабая малышка.

— Родная, а что ты всегда ела на завтрак дома? — решаю начать все с начала.

Таким идиотом я себя никогда прежде не чувствовал.

— Блинчики с творогом, — пожимает она плечами и улыбается. Без обиды в глазах, без недовольных искорок. Зато лукавством разит наповал. Обожаю ее. Хотя, сильнее уже просто некуда. — Яичницу с беконом. Печенье, особенно сырные крекеры. И чай.

— Ну, хоть с чаем я угадал, — выдыхаю, прикрывая глаза, но улавливаю подозрительно хитрый блеск. — Мия?

— Чай изредка, в основном кофе или молоко.

М-да, Грас, шах и мат тебе, дружище.

В этот момент мне кажется, что даже Серый угорает гомерическим хохотом.

Реабилитироваться выходит приготовлением не только моего самого любимого блюда «Яичница с беконом и помидорами», но и Мии тоже. В четыре руки мы составляем идеальный тандем. Она все смешивает и определяет количество, я хозяйничаю у плиты и раскладываю по тарелкам.

Чуть позже, наконец, утолив голод, я официально провозглашаю вышеназванное блюдо нашим семейным.

Жена не спорит и весело улыбается.

Очередная гениальная идея приходит нежданно-негаданно.

— Родная, а давай Кейдэну кроватку присмотрим, штанишки, костюмчики и прочие нужности? — закидываю удочку. — Да и над его комнатой уже пора подумать.

Удивляюсь, что раньше об этом не вспомнил.

Но бить себя по лбу в очередной раз уже стыдно.

— С удовольствием, — соглашается истинная, располагаясь на диване.

Подкладываю ей под поясницу подушку и пододвигаю поближе столик для удобства.

— Сейчас принесу ноутбук, — киваю в сторону другого крыла дома, где находится рабочий кабинет.

И уже делаю шаг в том направлении, как фраза жены останавливает.

— Может, стоит взять мой? Там уже все вкладки помечены, — негромко предлагает она, спрашивая полувопросительно и не настаивая.

А я в очередной раз понимаю, что мое самомнение слишком раздуто. Нифига за две недели ее не узнал.

— Я вечерами просматривала, перед сном, когда ты уходил, — добавляет тихонько.