Я внезапно подумала, что тот мой подслушанный разговор между целителем и неизвестным графом тоже ведь мог быть защищён заклинанием… поэтому они не таились, договариваясь о подобном в коридоре.

– Во дела… поторопился я с выводами, что в тебе нет магии! Наверное, что-то да есть, а плюсом ещё и личная способность – слышать сквозь звуконепроницаемый купол… О, да мы с тобой вдвоём такое наворотить можем! Такое сотворить! О-о! Да зачем мне эти крылья? Буду авторитетом в преступном мире! А тебе зачем возвращаться в свой мир? Мы и тут неплохо устроимся, создадим преступный картель, да за наши услуги столько платить будут!..

Вот не зря его Шухером зовут!

– Стоп-стоп-стоп, – подняла я руки. – Ни о какой противозаконной деятельности речи не идёт. Я не собираюсь становиться преступным авторитетом.

Цезарь посмотрел обиженно. Нет, даже не так. Разочарованно! Прям огромными буквами читалось на лягушачьем лице, что он ожидал от меня большего, мол, вырастил тебя, сиротинушку, а ты пошла не по той дорожке!

Так смотрела на меня бабушка, когда я сказала ей, что не собираюсь поступать в универ.

Всю дорогу до кабинета императора Лягух увещевал, насколько же я недальновидна. Но я была поглощена поисками, поэтому на слова подельника внимания не обращала… Подельника. Тьфу ты! Уже пошёл воровской жаргон.

Мне повезло – по словам стражников, его величество был у себя. В коридоре Шухер ускакал от меня, сказав, что проследит за всем из окна. Приближаться к императору он боится – в целях личной безопасности.

Кабинет Владыки состоял из двух комнат. “Предбанника”, в котором сидел секретарь – молодой парень в коричневом костюме, старательно что-то писавший в учётной книге, отвлекшись лишь для того, чтобы поприветствовать меня и сообщить о моём визите императору, – и основного просторного кабинета, в который он меня и проводил.

– Если будет что-то нужно, я всегда за дверью, – учтиво произнёс секретарь и покинул кабинет, я же осталась пред светлыми очами его величества.

– С каждой минутой меня удивляешь. Моя супруга за весь год не побывала в кабинете ни разу, – отложив бумаги и откинувшись на спинку кресла, сказал император, едва мы остались наедине.

Его фраза мне показалась странной. Зачем говорить обо мне в третьем лице, когда я здесь? Если только…

Нет-нет, он не мог так быстро догадаться.

– Я пришла прочитать соглашение…

– Ах, соглашение, – хмыкнув император. – Подожди минуту.

Кивнула и огляделась. Справа во всю стену висела карта. К ней я подошла словно примагниченная.

Теперь я смогла понять, о чём говорил лягух. Континент действительно напоминал полумесяц, а внизу располагалась Алексамия – достаточно большой остров причудливой формы, похожей на знак бесконечности.