Она вовсе не напоминала ужасную гарпию, какой ее описывал сын.

Ричард опустился на диван, разглядывая изображение в медальоне. Его пальцы дрожали. Дженевив хотелось обнять мужа, но она не решалась. Речь шла о судьбе его отношений с матерью, и ее вмешательство было неуместным.

Ричард был очень бледен. Дженевив перевела взгляд на леди Огюсту – ее сердце сжалось. Женщина смотрела на сына со страхом и волнением. Внезапно Дженевив поняла: причиной разрыва отношений и отдаления матери было вовсе не отсутствие любви, а беспокойство за сына.

– Томас Фрейзер… – Ричард словно пробовал имя на вкус. – Расскажи о нем.

– Он был храбрым человеком.

Ричард вскинул взгляд.

Леди Огюста сидела, скорбно опустив плечи, словно заключенный на допросе.

– Он воевал во Франции и погиб в девяносто четвертом году.

Ричард побледнел еще сильнее.

– Это год моего рождения.

Дженевив всем сердцем чувствовала боль обоих. Ричарда едва не лихорадило. Глаза его матери были переполнены мукой.

– Это будет непросто. Буду признательна, если ты не станешь торопить меня.

Ричард кивнул и позволил Дженевив обнять себя за плечи. Леди Огюста заговорила не сразу. Голос ее звучал так тихо, что Ричард, вслушиваясь, подался вперед.

– Мои родители были весьма амбициозными людьми. Они договорились о моем браке с Лестером Хармзуортом, когда мне было семнадцать. – Она сделала паузу. – К тому моменту я уже была влюблена в молодого лейтенанта из хорошей семьи. Увы, семья его не была богата. Узнав о предстоящем браке, мы решили бежать. Но судьба решила за нас. Томаса отправили воевать в Индию, а моя служанка рассказала о нашем сговоре моим родителям. Меня выдали замуж очень спешно, не спросив моего согласия.

Леди Огюста помолчала, а затем продолжила еще тише.

– Я не видела Томаса пять лет. Когда мы встретились снова, он уже был майором, теперь у него были деньги и награды. Он вернулся в Лондон как раз в то время, когда сэр Лестер уехал с дипломатической миссией в Санкт-Петербург.

– И ты нарушила свой брачный обет, – подсказал Ричард с горечью.

Лицо его матери стало серым.

– Я была женой лишь формально.

– Потому что не любила мужа?

Она покачала головой.

– Нет. Сэр Лестер… был неспособен на близость с женщиной. Он был старше меня и имел проблемы со здоровьем. Мы так и не скрепили наш союз постелью. Поэтому я считала своим мужем Томаса Фрейзера.

– Боже мой! – воскликнул Ричард, пораженный.

– Леди Хармзуорт… – прошептала Дженевив.

Женщина подняла дрожащую руку.

– Погодите. Я много лет ждала, чтобы раскрыть свою тайну. Не перебивайте меня. – Ее ладони, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.