Валентина всякий раз уточняла, что рецепт этих пирожков она унаследовала от бабушки. Бабушка у нее по части готовки была большая мастерица.

Инесса поначалу вежливо отказывалась от пирожков, но Валентина настаивала — говорила, что привыкла печь, а одной ей столько ни за что не съесть.

И вот сейчас Валентина Гавриловна, как-то странно ссутулившись, стояла перед дверью своей квартиры и пыталась попасть ключом в замочную скважину.

— Валентина Гавриловна, что с вами? — спросила Инесса, замедлив шаги.

— Что-то нехорошо, — ответила соседка заплетающимся языком, — видно, погода… атмосферное давление высокое… да еще лифт не работает, пришлось пешком подниматься… ничего, сейчас полежу полчасика и пройдет…

У Инессы не было ни времени, ни желания заниматься благотворительностью. Она придерживалась того мнения, что каждый должен заниматься своими собственными делами, а помогать посторонним — это только для бездельников. Соседка пожилая, а у пожилых людей вечно какие-то проблемы со здоровьем.

Инесса подошла к своей двери, полезла в сумку за ключами…

И в это время за спиной у нее что-то звякнуло.

Инесса невольно оглянулась и увидела, что Валентина Гавриловна выронила свои ключи и теперь безуспешно шарит по полу, пытаясь их поднять.

Инесса подошла к ней, наклонилась, подняла ключи и хотела отдать их соседке, но, увидев ее вблизи, перепугалась.

Валентина Гавриловна была бледна до синевы, она тяжело дышала и едва держалась на ногах.

Инесса была человеком равнодушным, чужие неприятности ее не трогали, но и равнодушие имеет свои границы. Соседке явно было очень плохо, ей нужна была помощь.

Инесса взяла у Валентины сумку, подставила ей плечо, свободной рукой вставила ключ в замочную скважину, открыла дверь и помогла соседке войти в прихожую.

Валентина дышала тяжело, с хрипом.

Инесса помогла ей переобуться, провела в комнату, усадила на диван, потом помогла прилечь.

— Спа… спасибо тебе, Инночка… — прохрипела соседка. — Сейчас… отдышусь…

— У вас, может, лекарство какое-то есть? — спросила Инесса, озабоченно глядя на соседку.

— Да, вон там, на столике… тридцать капель…

Инесса нашла пузырек — всего лишь корвалол, накапала в стаканчик, долила воды, поднесла к губам старой женщины. Та с трудом выпила — капли текли по морщинистому подбородку, но дыхание было все таким же тяжелым и хриплым. Да Инесса и сама понимала, что корвалол явно слабоват для такого случая.

— Нужно неотложку вызвать, — решила она наконец.

— Не стоит… — едва слышно ответила Валентина. — Я отлежусь… отдышусь… ты иди, у тебя дела…

— Да где вы отлежитесь! Видели бы вы себя со стороны! — Инесса взяла со столика телефон, набрала номер, описала симптомы, продиктовала адрес. Диспетчер тут же сказала, что высылает бригаду.