У Бориса, сына твоего.

— Борис тут ни при чем! — выпалила Елизавета Арнольдовна. — Это все она…

— Она? — Доктор бросил равнодушный взгляд на Лику. — Не думаю… хотя, конечно, все возможно. Чужая душа — потемки. Сколько мы с тобой уже работаем?

— Двенадцать! — уточнил Доктор. — Даже двенадцать с половиной. И до сих пор меня все устраивало. Не хотелось бы что-то менять, но если у тебя в команде появилось слабое звено — нужно от него избавляться. Ты это знаешь не хуже меня.

Елизавета быстро взглянула на Лику. По спине у той пробежал холодок.

Доктор снова заговорил:

— Вот ты меня спросила, почему я сюда пришел…

Хозяйка вопросительно и враждебно смотрела на него, ожидая продолжения.

— Вот почему! — Доктор вытащил из кармана конверт, из него брезгливо, двумя пальцами, достал несколько крупных купюр, встряхнул их в воздухе. — Чувствуете, чем пахнет?

— Духами дрянными… — отозвалась Елизавета.

Тут же принюхалась и добавила:

— И здесь такими же духами пахнет… ее это духи! — Она ткнула пальцем в сторону Лики. — Я же говорю — ее это работа! Это она… это все она…

— Подожди! Куда ты торопишься? Я ведь еще не сказал, откуда у меня эти купюры.

— Буквально только что ими расплатились с одним из моих дилеров. Заплатили за снежок. За кокс.

— И ты не спросишь, кто заплатил этими деньгами?

— Не спрашиваешь, потому что сама догадываешься кто. Борис, сынок твой младший. Ты же знаешь, что он без кокса дня обойтись не может. Не то что дня — пары часов.

Елизавета молчала, бросая по сторонам злобные взгляды — как затравленная волчица.

— И кстати, еще одно. — Доктор говорил медленно, веско, как будто забивал гвозди в крышку гроба. Вот только чей это гроб? — Еще одно, — повторил он и так же брезгливо, двумя пальцами, отделил одну купюру и протянул ее Елизавете. — Видишь вот это? Что это, как думаешь?

— Кровь, — ответила та, не раздумывая.

И тут же быстро взглянула на Лику, на ее окровавленное лицо.

— Так вот, я догадываюсь, как все было, — отчеканил Доктор. — Да и ты тоже догадываешься. Твой милый сыночек перебрал наркоты, совсем слетел с катушек, отключил девчонку и забрал деньги из сейфа. Мои, между прочим, деньги.

— Не о том речь! — оборвал ее Доктор. — Если он сделал это один раз и если это сойдет ему с рук — он сделает это снова, пока его не остановят. Вопрос в другом — кто его остановит? Ты сама, или мне придется сделать это за тебя?

— Я… — Впервые Лика видела, что свекровь, эта непоколебимая громада, растерялась.

— Понял, — сказал Доктор, — значит, сами займемся.

Свекровь с размаху села на стул, как будто ноги ее не держали. Лика опустила голову, чтобы никто не увидел в ее глазах самого настоящего злорадства. Из разбитого носа тут же пошла кровь.