– Как я понимаю, она не имеет прав на наследство?

Диксон резко опустил взгляд.

– Почему вы спросили об этом?

– Насколько мне известно, не имеет, если в завещании не предусматривается обратное, что почти невозможно. Дженевив Фолкнер не имеет права на долю в наследстве Харрингтона Фолкнера. Другими словами, у нее не было причин убивать его.

– Я спрашивал совсем не об этом, – усмехнулся Мейсон.

– А я дал вам такой ответ, – улыбнулся Диксон.

Раздался легкий стук в дверь, и мгновение спустя дверь открылась. В комнату, не дожидаясь ответа, с уверенностью хозяйки вошла женщина.

– Сегодня я не буду ничего диктовать, мисс Смит, – сказал он.

Мейсон повернулся и посмотрел на вошедшую женщину. Она была стройной и очень привлекательной, в возрасте между сорока пятью и пятьюдесятью годами. Мейсон заметил, как по ее лицу скользнуло выражение изумления.

Адвокат мгновенно поднялся с кресла.

– Вы не присядете, миссис Фолкнер? – спросил Мейсон.

– Благодарю вас, я… я…

Мейсон повернулся к Диксону.

– Прошу меня извинить, но не догадаться было весьма трудно.

Диксон с мрачным видом признал, что выбор фамилии «Смит» был весьма неудачным.

– Дженевив, дорогая, позволь представить тебе мистера Мейсона, очень известного, умного адвоката, который посетил меня ради получения конфиденциальной информации о Харрингтоне Фолкнере. Он спросил разрешения повидаться с тобой, на что я ответил, что не вижу достаточно веских оснований для разговора.

– Диксон, если ей есть что скрывать, рано или поздно все станет известно, и…

– Ей нечего скрывать, – прервал адвоката Диксон.

– Вы увлекаетесь золотыми рыбками? – обратился Мейсон к Дженевив Фолкнер.

– Не увлекается, – ответил за нее Диксон.

Миссис Фолкнер невозмутимо улыбнулась Перри Мейсону и сказала:

– Ловлей рыбок, на мой взгляд, увлекается сам мистер Мейсон. Сейчас, если вы не возражаете, джентльмены, я оставлю вас и подожду, когда мистер Диксон освободится.

– Я уже ухожу. – Мейсон встал и поклонился. – Не подозревал, что бывшая жена мистера Фолкнера столь привлекательна.

– Об этом не подозревал и сам мистер Фолкнер, – сухо заявил Диксон.

Он поднялся из-за стола и подождал, пока Мейсон с поклоном удалился.

Из аптеки, находившейся в полудюжине кварталов от дома Диксона, Мейсон позвонил себе в контору.

– Делла, немедленно свяжись с Полом Дрейком, – велел он, когда та сняла трубку. – Пускай он раскопает все, что сможет, о разводе Харрингтона Фолкнера. Дело слушалось пять лет назад. Мне нужна не только вся информация, но и копии свидетельских показаний, если это возможно, и сведения о том, что в действительности за этим кроется.

– Хорошо, шеф. Еще что-нибудь?

– Все. Новости есть?

– Очень рада, что ты позвонил.