Оказывается, эти ненормальные Саважи танцуют! Играл камерный оркестр, звучал вальс. Господин генерал, конечно, не мог со своей ногой кружиться в вальсе, но он с улыбкой вёл госпожу Коринну в такт музыке вокруг зала, улыбаясь всем гостям. Сделал круг почёта, потом передал супругу сыну – и тот уже провёл её настоящим вальсом.

Точно, ещё ж на свадьбе стоял вопрос, что им с Жаном нужно что-то станцевать. Но подготовить ничего не успели, и этот номер просто исключили из программы к огорчению госпожи Коринны.

- Ты танцуешь вальс? – спросил её откуда-то взявшийся Жан.

Она и не заметила, как он припарковал свою матушку возле господина генерала и подошёл к ней.

- Нет, конечно. Мне это раньше не было нужно ни для чего.

- Ничего страшного, научишься. А пока – просто идём.

Она не поняла, какую магию он к ней применил, но – они в самом деле пошли, обошли кругом зал – в такт музыке, конечно же – а потом он подхватил её за руку и за талию, и закружил – осторожно, но уверенно, ей оставалось только подстраиваться. Она и подстроилась, это оказалось не слишком сложно, но – а вдруг она сделает что-то не то? Наступит на эту чёртову длинную юбку? Или они вообще сейчас тут завалятся посреди залы, вдруг он её не удержит? Мамочки, паника. Против нежити и врагов проще! Реально проще!

Но он держал. Уверенно, железно. И улыбался, и подмигивал, и так смотрел, что… она забыла и про ноги, и про юбки. Выплываем? Выплываем. Значит, и здесь тоже выплывем. Потому что вместе, потому что оба сразу, потому что это они и никто другой.

Музыка завершилась. Улыбнуться друг другу, поклониться, послушать, как их приветствуют – и с улыбкой пойти дальше.

Вместе. Вперёд и только вперёд.

Катер шёл по морю, и остров, ещё недавно невидимый совершенно, постепенно появлялся на горизонте. Точкой, ниточкой, тёмным пятнышком, разноцветным пятнышком. Уже скоро, совсем скоро.

- Мама, видишь белую точку? Это храм, его копают. В нём живёт Хранитель, но чтобы его увидеть, нужно проткнуть палец иголкой, помазать кровью колонну и сказать, зачем пришёл!

- Жанно, откуда такие глубокие познания? – поинтересовалась потрясённая Марион.

- От прошлого раза, - пожал плечами сын. – И папа нас уже ждёт, чувствуешь?

- А это ты откуда знаешь? – усмехнулась она.

-  Чувствую, да и всё. Да ты тоже чувствуешь, только молчишь! – понял он и рассмеялся.

Марион не могла не рассмеяться в ответ, и обняла сына. Пока никто не видит – он может позволить такую вольность. А потом вспомнит, что он уже взрослый мужчина, целых десяти лет от роду, и начнёт задирать нос.

Сын уродился стихийником – на радость всему семейству, и особенно – бабушке Коринне. И являл собой невероятную взрывоопасную смесь – он с рождения обладал как харизмой отца и деда, так и упрямством обеих бабушек.