Из-за выпитого я стал взвинченным, и поскольку не знаю, сколько времени пройдет, прежде чем я снова потрахаюсь, хочу успеть разок напоследок.

И потом, сегодня Кристина выглядит особенно вкусной. Контраст ягодной помады и бледной кожи делает ее поразительно похожей на сочное яблоко, которое хочется утащить отсюда и откусить кусочек.

Но затем и ее собеседник смотрит на меня: темный и опасный взгляд сверкающих голубых глаз, немного загорелая кожа и волнистые темные волосы, слегка касающиеся воротника рубашки. Он без особых усилий выделяется из толпы, привлекая внимание особой энергией, будто бриллиант среди пыли и мусора. Заметно, что он не придает особого значения собственному магнетизму, что еще отвратительней.

Итальянские дизайнеры должны из кожи вон лезть, чтобы заполучить его для съемок рекламы джинсов и парфюма. Его убийственная смесь уверенности в себе, изысканности мятежника-бродяги и позиции «да пошли вы все», – достаточно одного взгляда на все это, и сердца (да и трусики тоже) разорвутся в клочья у всех в нашем маленьком городе.

Он оба идут ко мне, раздвигая толпу, как Моисей воды Красного моря, и медсестры чуть ли не падают в обморок по обеим сторонам от него. Я бы с удовольствием высмеял его неуместный прикид – черная футболка, джинсы и байкерские сапоги – но он и правда выглядит просто фантастически. Парень запросто мог бы пойти на встречу с королевой Англии в пляжных шлепанцах и камуфляжных шортах.

Из-за него я кажусь самому себе денди в сшитом на заказ смокинге. Хорошо, хоть волосы в обычном беспорядке, но я провожу по ним рукой, просто чтобы убедиться. Я немного ссутулился, чтобы не выглядеть излишне формально, но все равно не ясно, куда деть руки.

– Бен, – мурлычет Кристина своими ягодными губами, запуская тонкие пальцы в сгиб моего локтя. – Это новый фельдшер скорой помощи, Кори Батлер, – из-за того, как она произнесла его имя, мне хочется надавать по губам, и неважно, кому из них двоих. – Вы знакомы?

Одновременно со мной, он улыбается и говорит:

– Не помню, прошу прощения.

Улыбка Кори превращается в неуверенный смешок, и он, нервничая, засовывает руки в карманы джинсов.

Одно очко в пользу хозяев поля. Он явно не привык, что его забывают.

– Мы познакомились в мой первый рабочий день, доктор Харди. Помните? Вы задержались после ночной смены, когда мне показывали больницу.

– А, точно, – я киваю, раздражаясь, что он заставляет меня вспомнить. Тем более, конечно же, я помню. Просто не хочу признаваться.

Он, может, и хочет стащить мою женщину, но хотя бы при этом ублажает мое эго. И против собственной воли, он мне начинает немного нравиться. Один из минусов быть врачом – это необходимость, чтобы наше профессиональное эго поглаживали… много и часто.

– Конечно, нет.