Мадлен вздохнула, ощущая, как надежда наполняет ее сердце вместе с еще неуверенным, едва проклюнувшимся чувством радости. Может ли она ему довериться?

Но вслух девушка проговорила, запинаясь:

— Разница в социальном положении не единственная причина, по которой я полагала, что развод был бы для тебя благом. Леди Хэвиленд также сказала, что ты не получишь ни пенни ее состояния, если наш брак сохранится.

Он пристально посмотрел на нее.

— Так ты пыталась сохранить мне наследство?

Рейн явно приложил усилие, чтобы сохранить серьезность.

— Ну, во-первых, у меня есть свое собственное состояние, чтобы не зависеть от воли бабушки.

— Да, я очень богат. Ты разве до сих пор этого не поняла?

— Нет, — ответила Мадлен слабым голосом. — Твои сестры проявили крайнюю обеспокоенность тем, что бабушка может лишить их сыновей средств к существованию. И Фредди говорил, что она использует свое состояние, чтобы заставить тебя жениться на женщине, которую сочтет подходящей.

— Все совершенно не так. Благодаря разумным вложениям в Ост-Индскую компанию я практически так же состоятелен, как и бабушка.

Так что нет необходимости жертвовать нашей семьей ради моего благополучия.

— Ох, — выдохнула она.

— Хочешь еще что-нибудь сказать?

Откровенно говоря, она хотела, но сейчас не решалась, боясь возможного ответа Рейна. Но в конце концов Мадлен все же собралась с духом.

— Ты… ты и вправду хотел сказать, что любишь меня?

Черты его лица смягчились нежностью.

— Безусловно, именно это я и хотел сказать. Я правда люблю тебя, милая Мадлен.

Нестерпимая, острая радость наполнила ее душу. Она вся трепетала от счастья.

Ее молчание побудило Рейна придвинуться к ней ближе. Он ласково обхватил ее щеку ладонью, стараясь не задеть синяк, и наклонил голову, будто бы собираясь ее поцеловать…

Но прежде чем их губы соприкоснулись, они услышали, как кто-то намеренно откашлялся. Жгучее разочарование охватило Мадлен, когда она вспомнила, что они здесь не одни — Фредди по-прежнему околачивался поблизости. Что касается лакеев Рейна, то один из них ушел отводить его лошадь на конюшню, а другой удалился на почтительное расстояние.

— Ей-богу, — заговорил Фредди-радостно.

 — Это было самое романтичное признание, которое мне доводилось слышать. Вы, должно быть, теперь совершенно счастливы, Мадлен. Все ваши страхи оказались беспочвенными.

Побеспокоенная нежелательными свидетелями, Мадлен отодвинулась от Рейна, а Фредди тем временем продолжал свою восторженную речь.

— Если верить слухам, Рейн — идеальный любовник. Теперь я в этом убедился лично. Мне, несомненно, следует у него поучиться…

— Фредди, старина, — Рейн твердо прервал его монолог.