Тогда Рейн взял на себя руководящую роль, обращаясь сперва к Мадлен.

— Тебе пока будет лучше остаться здесь вместе с Линет. Эллис, вы пойдете со мной.

— Хорошо, — ответил тот, явно собираясь с духом перед предстоящей стычкой.

Мадлен собиралась последовать за ними, но Линет выглядела такой напуганной, что нужно было кому-то остаться с ней. Когда оба джентльмена покинули карету, дверь дома Клода распахнулась и оттуда вышел виконт де Вассэ, а сразу за ним показалась виконтесса.

— Папа! Маман! — удивленно воскликнула Линет, явно не ожидая увидеть своих родителей так далеко от дома.

Мадлен тоже несколько опешила от их непредвиденного появления, особенно когда увидела, что виконт с искаженным от гнева лицом направился прямиком к Джерарду. А когда французский аристократ с силой схватил его за лацканы пиджака, она выпрыгнула из экипажа, намереваясь не допустить очередного насилия. Линет, видимо, была полна той же решимости и поспешила вслед за Мадлен.

К счастью, в эту секунду вмешался Рейн и растащил мужчин в стороны. А между тем виконтесса заметила Линет и радостно вскрикнула, выступая навстречу своенравной дочери с распростертыми объятиями.

Но Линет, похоже, сейчас больше думала о своем муже. Де Вассэ ругал Джерарда по-французски, обзывая его подлой дворнягой и награждая прочими нелестными эпитетами.

— Нет, папа! — вскричала девушка, вырываясь из объятий матери и бросаясь к Джерарду. — Ты не должен говорить такие ужасные вещи.

Тогда отец обратил свой гнев на нее.

— Как ты могла, дочь моя, так ранить свою мать? Этот человек — вор!

— Нет, ты не понимаешь…

— Я все прекрасно понимаю. Он не только украл мою единственную дочь, замарав ее честь, но и подверг ее жизнь опасности.

— Папа, это неправда!

— Это правда, Линет! Как сообщница Эллиса, ты будешь заключена вместе с ним в тюрьму.

Мадлен поспешно заговорила:

— До этого дело не дойдет, monsieur.

Де Вассэ в замешательстве замолчал, глядя на нее. Но потом замотал головой.

— Я не могу рисковать своей дочерью. Мы приехали, чтобы забрать ее домой.

Лицо Джерарда преисполнилось решительности.

— Линет теперь моя жена, сэр. Вы не имеете права диктовать ей свою волю.

— Не лезьте не в свое дело, canaille!

— Прошу тебя, Линет, — молила виконтесса, рыдая.

 — Лорд Эккерби предоставил нам возможность образумить тебя. Мы приехали сюда вместе с ним. Но его терпение может скоро закончиться. Для твоего же собственного благополучия тебе лучше вернуться с нами домой.

— Я настоятельно советую вам внять словам ваших родителей, мадемуазель Линет, — вмешался в происходящее еще один мужской голос.

Барон Эккерби вы шел из дома, сопровождаемый крепким мужчиной, который, как предположила Мадлен, был четвертым его подручным.