Он приложил много сил, чтобы не привязаться к Мадлен и сохранить между ними холодную отчужденность. Он старался убедить себя в том, что ни одно из чувств, которые он к ней испытывает, не является глубоким. И все же она, видимо, смогла проникнуть к нему в сердце, которое, как он считал, навсегда закрыто для любви.

Он знал Мадлен совсем недолго, но она сумела за это время завладеть сокровенными струнами его души.

И теперь каждый раз, когда она смотрит на него, ее прекрасные глаза полны боли.

Так что же, черт возьми, теперь делать?

Ему хотелось облегчить ее боль, боль, которую он сам ей причинил.

Но кроме того, он хочет…

Сидя рядом с Рейном по пути к дому Клода Дюбонэ, Мадлен пыталась отодвинуть свои семейные невзгоды на второй план, но они все равно настойчиво выплывали на поверхность ее сознания, вызывая тягостные мысли и чувства. Правда, в эту самую минуту ею безраздельно завладела тревога, поскольку судьба Джерарда все еще оставалась неопределенной.

Прибыл ли уже барон Эккерби из Эссекса? И если да, застанут ли они его в доме Клода? И самое главное: согласится ли он продать ожерелье и отказаться от возбуждения уголовного дела против ее брата?

Джерард утверждает, что Клода Дюбонэ не будет дома к тому времени, когда они туда приедут, поскольку он был нанят местными аристократами в качестве учителя французского языка и с утра отправился выполнять свои ежедневные обязанности.

А по ночам в последнее время Клод скрывается на той же ферме, принадлежащей его другу, что и Джерард с Линет, из опасения, что подручные Эккерби нападут на него, как они поступили с экономкой Эллисов.

Очевидно, Джерард не испытывал такого волнения за свое будущее, как Мадлен, судя по счастливой улыбке на его лице, в то время как он держал за руку свою зарумянившуюся молодую жену.

Хорошенькая застенчивая Линет явно боготворила ее брата, в чем, как подозревала Мадлен, в основном и заключалась ее привлекательность для Джерарда. После долгих лет заботы о нем со стороны старшей сестры Джерард был счастлив, что кто-то смотрит на него снизу вверх.

С другой стороны, возможно, он только лишь бодрится, изображая оптимизм. Или просто переложил всю ответственность на плечи Рейна.

Что касается Мадлен, то она очень, очень рада, что Рейн взялся уладить претензии Эккерби, несмотря на то что она станет еще большим ему обязана и сильнее укрепится во мнении, что ей никогда не удастся завоевать его любовь.

Через несколько мгновений Джерард вдруг заговорил, выглядывая в окно кареты.

— Смотрите, вон дом Клода, тот, что с зелеными ставнями. А вон, — добавил он мрачным голосом, — стоит экипаж Эккерби.

У Мадлен похолодело внутри, когда она разглядела карету барона. Тот действительно поджидал прибытия ее брата.