Поведя рукой как палочкой дирижера, Куроками заставил их повернуться в воздухе — и выстрелил ими один за другим.

С треском и грохотом шквал осколков застучал по статуе позади меня, острые обломки рвали в клочья мою одежду и тело под ней. Казалось, еще секунда — и каменный град сорвет плоть с моих костей и навсегда выбьет жизнь из тела. Но внезапно всё прекратилось.

Я поднял окровавленную голову — вокруг будто прошел смерч, содрав с земли почву.

— Как тебе, Ямада? — торжествовал эспер. — Ты первый, кто почувствовал на себе технику моего рода. Но это не всё… я покажу тебе настоящую силу, наводяющую ужас и способную смести всех до последнего человека.

Верно, магия… этот ублюдок уже освоил магию. Пока довольно неуклюжую и не раскрывающую всю свою разрушительную силу, но этой магии школьникам нечем ответить. А неодаренному — тем более.

Он снова повел пальцами, чертя узор — из земли нехотя вылез увесистый булыжник, продолговатый, как снаряд. Повернувшись в воздухе, он нацелился на меня.

— И ты будешь первым, кто от неё подохнет, — Куроками сжал кулак — и камень со свистом полетел мне в грудь.

Уклониться, заблокировать, печать!!!

Раздался хруст — и меня потащило назад, в меркнущую бездну, наполненную глухим шумом и смехом эспера, внезапно сменившегося возгласом. Что-то случилось…

Последний камень, запущенный вице-президентом, наконец-то свалил рослого первокурсника. Незря он так усердно тренировал тайный узор их клана — геомагнетизм. В этом бою Куроками почти истощил ядро магии, но "непобедимый неодаренный" наконец-то пал! С торжествующим смехом он зашагал к поверженному противнику. Честь клана велит добить врага голыми руками, даже если это безродная шавка вроде Ямады. Раз уж камень каким-то невероятным чудом не прикончил парня, стоит сделать всё самому. Как с теми пленниками, на которых его натаскивал отец в Нижнем Городе.

— Вот и кончился наш спектакль, неодаренный, — он сгрёб мускулистого парня за грудки и, вкачав часть оставшейся магии в руки, оторвал от земли. И всё же потрясающе… сокрушительный удар должен был раздробить его ребра и размозжить органы, превратив их кровавую кашу. Но Ямада уцелел и вяло шевелился, пытаясь дотянуться до него даже будучи без сознания!

Сколько же воли в этом бездарном теле?..

Эспер занес кулак и пустил в него всю оставшуюся магию, когда со стороны школы донесся хруст стекла. Он обернулся — и не сдержал возгласа.

На сверкающей осколками траве стояла, держась за кровоточащий висок, замглавы Ширасаги, и сжимала в руке деревянный меч. Ветер волновал её черные волосы, в глазах девушки вспыхивали голубые разряды. Жуткий силуэт, окутанный бледными искрами, двинулся к нему.